Плетеный Король. Легенда о Золотом Вороне

Он подогнул ноги, чтобы занимать поменьше места, и взял в руки джойстик.

– В школе мне никто не нравится, кроме Горди, и не могу же я пригласить первую попавшуюся. – Роджер снова пожал плечами. – Кроме того, если я пойду с Питером, что плохого? Мы и так повсюду вместе ходим.

– Точно. Между прочим, это тоже стремно. Обычно близнецы стараются отличаться друг от друга, разве нет? Если так, то у вас с этим плоховато.

Роджер наклонил голову набок и озадаченно посмотрел на Августа.

– Нет, ты не прав.

Когда-то мы были единым существом и просто решили: нам так больше нравится. Ничего тут стремного, просто… необычно. И совсем не обязательно необычное автоматически означает плохое. Уж кто-кто, а ты должен это понимать. – На этом Роджер умолк и нажал кнопку «Пуск».

The Sprout And The Bean

[9 - The Sprout And The Bean (точное название Sprout And The Bean – англ. букв. «Росток и фасолинка») – композиция Джоанны Ньюсом, американской исполнительницы в жанре инди-фолк, фрик-фолк, авангард, барокко-поп.

]

Из школы они пошли к Джеку. Дома никого не было. Как всегда. Они залезли в отцовский бар, стырили бутылку виски и поднялись на крышу.

– Улица там и сям поросла лесом, – сообщил Джек.

– В самом деле?

– Да, второе солнце светит ярко, все очень хорошо видно, – небрежно подтвердил Джек.

– Второе ЧТО?

Джек холодно взглянул на Августа.

– Делать вид, будто его нет, легко. Я имею в виду, никто же не пялится на солнце с утра до ночи.

Август шаркнул подошвой по крыше.

– Учту на будущее, – пробормотал он.

– Кстати, по-моему, у меня здорово получается притворяться, что ничего такого не происходит, – продолжал Джек.

– Знаю, – кивнул Август. – Это тяжело?

Джек скорчил гримасу и глотнул виски.

– Ты ведь в любой момент можешь… перестать. Притворяться то есть, – тихо произнес Август. – Не в школе, конечно, а когда вокруг никого нет, кроме нас… и Рины.

– А смысл? – Джек лениво посмотрел на заходящее солнце.

И я не хочу втягивать Рину. Все херово.

– Угу. Херово.

Семь

После этого все изменилось. Теперь Джек сам, без уговоров, рассказывал Августу, что видит. В его мире были люди, животные, предметы, и он очень красочно их описывал. Кроме того, мир Джека был интерактивным, и Август находил, что это тоже типа клево. По факту, вообще все было клево, если полностью запретить себе думать об этом, что в последнее время устраивало Августа на все сто.