Спорим на поцелуй?

– Ага, и медведь такой страшила, а на башке у него человеческая пятерня, – добавил мелкий, смеясь, глазки у него стали узкие как у китайца.

Потрясенная Мишель пробормотала:

– Очень… романтично.

А в мозгу у нее застряло: «Страшила», так вот какой они ее видят. Сами они – страшилы! Она почувствовала, что предательски накатывают слезы, и отвернулась от чужих и неприятных ей лиц.

– Яра, ты жестишь, – сказал Илья и переключился на Эппса. Когда он знакомил своих друзей с псом, тот скакал и ластился ко всем, до кого мог дотянуться.

– Ладно, нам пора домой, обедать.

– Чтоп, сто? – встрепенулся мелкий.

– Хватит слова коверкать, – Илья стрельнул в мелкого строгий взгляд и снова обратился к Мишель, – Мы тебя все утро искали. Скинемся в центре на пиццу.

– А Эппс? Он тоже живой и хочет есть. – Мишель предприняла еще одну слабую попытку увильнуть от экскурсии в центр.

– И ему что-нибудь купим по дороге.

– Надо предупредить бабушку…

– Она уже в курсе. Мы виделись утром, а потом Яра ей позвонила. Ты ведь позвонила Ольге Марковне? – спросил Илья у девчонки.

Девчонка не ответила, презрительно зыркнув глазами.

– Но, если ты хочешь, можешь и сама убедиться, – добавил он, беспечно глядя на подругу детства.

Мишель набрала номер бабушки и долго слушала длинные гудки, наконец, знакомый голос ответил:

– Алло.

– Бабуль, все хорошо, я с ребятами, – Мишель не представляла, что еще сказать под пристальными взглядами ее новых знакомых.

– Да, хорошо, на проезд и обед я Илюше денежку передала, когда он заходил, гуляйте, храни вас Бог.

Да, план не встречаться с ребятами изначально был обречен на неудачу. Илья подошел к Мишке спросил:

– Все нормально?

– Да, только… А твоим друзьям не будет скучно?

– Не будет. Я попросил каждого рассказать о какой-нибудь достопримечательности.

– Какие еще рассказы…Поехали уже! Нам еще автобус ждать, – вмешалась Яра.

– Э, я даже стих вспомнил, – сообщил мелкий.

– Да, это Геныч и Бига, – представил друзей Илья.

– А нас в автобус с собакой пустят? – заволновалась Мишель, но ее уже повлекли за собой на площадь Конституции на остановку. – Я не взяла намордник.

Мишель подумала: «Он сегодня очень уж добрый. Совсем не такой, как в первый день знакомства».