Музыка моего сердца

Гренки, сливочное масло, тоже последнее, омлет с ветчиной, сырные булочки, творожная запеканка с изюмом, тоже из последнего творога, оладьи с яблоками, и в кладовой базы было вкуснейшее клюквенное варенье.

Никита вышел первый.

– Я иду на запах, люблю тебя, мать, больше всех!

– За еду готов продаться? – улыбалась я.

– За твою, да!

Спустились остальные ребята, Финна не было.

– Ух ты, у нас тут как в лучших домах Парижа, – радостно сказал Дима, он тоже любил вкусно поесть, как выяснилось.

Я пошла, позвать Финна к завтраку. В комнате его не было, постель была заправлена. Я вышла на улицу, потому что догадывалась, где его искать. Вдали от базы, под самой кромкой леса мы сделали кладбище, для тех, кто был на базе до нас. Финн сидел возле детских могилок, он принес им букетики из полевых цветов.

Я растерялась, я нашла его, но стоит ли его сейчас трогать? Может ему нужно побыть одному? Я стояла в нерешительности, и уже было собралась уходить, как он меня заметил.

Он был очень сильным, и в его объятиях я почувствовала себя приятно хрупкой. Господи, да о чем я думаю?!! У мужика только что умерла семья, он сидит у могил чужих детей, а ты думаешь о том, какие крепкие у него объятия! Совсем ку-ку! Я дала себе мысленную пощечину, и пообещала, что это не повторится.

Мы вошли в столовую, Дима сидел рядом с Олей и они увлеченно беседовали. Они сразу понравились друг другу, я это заметила еще два дня назад.

Я подняла неприятную тему.

– Я предлагаю поговорить о будущем, – начала я.

– Ну вот умеешь ты все испортить, – сказал Андрей.

– А что делать? Рано или поздно нам надо об этом поговорить, и, я считаю, лучше рано, чем поздно. Чем мы будем питаться? Осень на дворе. За зиму все придет в негодность, крупы, овощи, как мы будем жить, на консервах? У нас не будет молочных продуктов, яиц, мяса, даже хлеба.

– Будем охотиться, – выдал Дима.

– Ты хоть раз держал оружие в руках? Сталкивался со зверем лицом к лицу? Со зверем, который хочет жить, и если не он, то его. Ты хоть представляешь, о чем говоришь?

– Научимся, – ответил он, – наши предки ходили на мамонтов, чем мы хуже?

Повисла пауза, все понимали о чем речь.