Боги умирают в полночь

– Смерть, это страшная вещь, и оттого что ты не хочешь этого замечать она не становится обыденностью. Я знаю, что ты переживаешь смерть Егора и что тебе тяжело, и я хочу помочь тебе. У меня есть психолог, свой, очень хороший, может сходишь к нему?

– Зачем? – спокойно спросила я.

– Нууу вы бы поговорили о смерти. Мне кажется, что ты как-то не совсем нормально ее воспринимаешь.

– А как я воспринимаю? И как по-твоему должна?

– Должна… должна страдать, все страдают. А ты как будто нет. Как будто просто отключила эмоции и живешь как робот.

– Страдать должна? Я? Человек умер, его жизнь закончилась. Он больше никогда по улице не пройдется, и солнца не увидит, не искупается в море и не наестся до отвала своих любимых креветок, запивая немецким пивом, не родит детей и не испытает счастья. Его жизнь закончилась, а не моя. Я жива и благодарна за это богу, потому что в моей жизни еще миллион раз все это будет. А в его больше нет. У него случилась трагедия – он умер, если бы мертвый мог страдать, он бы своими страданиями затмил всю боль мира, потому что лишаясь жизни, ты лишаешься вообще всего и навсегда.

Олег смотрел на меня ошарашенными глазами.

– А ты оказывается гораздо взрослее, чем я думал, – сказал он и обнял меня очень крепко. – Рит, а съезди на море, тебе отпуск нужен, просто обстановку на недельку сменить, а я оплачу. Сгоняйте с Наташкой на Сейшелы, я настаиваю как твой работодатель.

– Сменить обстановку? С трупаков на океанские волны? – с легкой улыбкой сказала я.

– А чё? Не такая уж и плохая смена, – Олег подмигнул мне и привычным жестом откинул челку со лба.

– Уболтал, от Сейшел, да еще и на халяву я не откажусь. И Наташка кипятком обоссытся от счастья, разбаловали вы ее.

Уже в самолете по пути на Сейшелы Наташка познакомилась с группой парней и активно флиртовала с каждым из них.

– Рит, парни завтра едут кататься по острову на мотоциклах и зовут нас с собой.

– Ты езжай, а я позагораю.

– Поехали вместе, сколько можно валяться на пляже, здесь ведь столько интересного. И парни хорошие, очень адекватные, никто к тебе не будет приставать.

– Ты думаешь я этого боюсь? Что ко мне кто-то будет приставать?

– Я не знаю чего ты боишься.