Завтра не наступит никогда

Я ничего не ответила. Я ждала, ведь он был так близко. Игнат коснулся моих губ. Нежно, совсем невесомо. Затем коснулся своей щекой моей и прошептал на ухо:

– Не понимаю я тебя, милая…

Я обняла его и положила голову на его грудь.

– Я и сама себя не понимаю.

Он погладил меня по волосам, а затем отстранился.

– Скажи Олегу, пусть заводит машину. Мы уезжаем.

Это был как ушат холодной воды вылитый на мои затуманенные грезы. Хотя впрочем, и к этому я давно привыкла.

***

Мы ехали в тот самый загородный дом, гостем которого я стала, как только освободилась.

– Чувствую, запахло жареным! – сплюнул Никогда. И был прав. Скоро начнется война.

Я знала это. Знал и Игнат. Да и все остальные тоже. Громов не простит похищения дочки, и нам не оставалось ничего иного как спасать наши шкуры. Тем более Игнат так и не получил необходимые ему документы, которые по всей видимости были такими важными, что еще под вопросом кому от кого придется защищаться.

– Ясно к чему, – уверенно заявил Никогда, – кто-то сыграет в ящик.

Он хихикнул.

– Хорошо, что я бестелесный!

Когда мы вошли в дом, навстречу нам вышел Пашка – парень с перебитым носом и кривой улыбкой, еще одна шестерка Игната. Сложив внушительные мускулистые руки на квадратном торсе, он сообщил, что все в сборе.

– Тебе нечего там делать, – отрезал он и добавил неожиданно мягко: – Иди лучше отдохни.

Я хотела съязвить, откуда, мол, такая забота, но не стала. Проще было вновь обмануться и поверить в его небезразличие ко мне. И даже Никогда не стал меня разубеждать.

***

Была уже глубокая ночь, я лежала в кровати. Рядом был Игнат. Он запускал пальцы в мои волосы, гладил по лицу. Он был так нежен со мной, так мягок. Затем он наклонился и уткнулся лицом в мою шею.

– Люблю тебя, – тихо сказал он. – Я хочу, чтобы ты всегда была рядом.

– Я буду, – шептала я едва слышно, боясь спугнуть удачу. Он сжал мою ладонь в своих руках и поцеловал ее.

– Выйдешь за меня? – спросил он.

Я счастливо улыбнулась. А затем… мое тело дернулось, словно только что упало с небольшой высоты, и я с горечью поняла, что это было всего лишь сном, желанным видением, которое никогда не станет реальностью.

Никогда.