Изгнанный из стаи

Вот так просто любого можно заставить делать все, что захочет Альфа. Как под гипнозом поцеловала Лейса. Приказал взглядом, а я повиновалась. Никогда бы не подумала, что во времена технологий кто-то способен на подобное. Но ужаснее то, что отец применил это ко мне.

На белоснежных стульях гости перешептываются, смеются, ожидают появления молодоженов. А сама невеста окольными путями пытается сбежать от предателей: отца и жениха.

Спасибо тайному входу, про существование которого отец не то забыл, не то подумал, что не осмелюсь ослушаться.

Скорее второе.

Миновав сборище гостей, быстрым шагом направляюсь к парковке, к своей ласточке, ругая себя, что не подумала собрать вещи для побега. Так и осталось в этом дурацком платье. Возле моей машины засада, стоит охранник отца. До меня долетают фразы: «Здесь она. Не могла уйти далеко. Обыскать все поместье.»

Хватились. Прячусь за деревом, чувствую как окружают со всех сторон. Во рту сухость, сердце колотится быстрее. Безумным взглядом загнанного в ловушку зайца, смотрю на лес, снимаю туфли, бегу к нему.

Ноги путаются в кружевном подоле, пятки больно стучат по твердой земле, в легкие словно кипятка налили. Не оставляет ощущение, что вот-вот меня поймают и сделают безвольное чучело. Марионетку. Пусть только попробуют! Я буду отбиваться до последнего, не пойду за предателя замуж.

Слышу шаги за спиной, чувствую погоню, поворачиваю голову, спотыкаюсь о длинный подол и качусь кубарем по кочкам прямиком в кусты. Боль от падения ничто по сравнению с острыми колючками.

Сжимая зубы, пытаюсь вырваться на свободу. Волосы путаются в ветках, платье трещит от попыток встать, все тело саднит от царапин и ушибов. Я дергаюсь сильнее, пытаясь вырваться из плена, но все усилия тщетны. Ветки терновника крепко держат в плену. Устало опускаю голову. Только со мной могло такое случиться.

Вверху, между тонкими ветками, покрытыми белыми цветами и шипами, голубое небо, яркие лучи солнца загораживает темный силуэт мужчины. Сардор.

– С ума сошла? Куда ты так сиганула? – он все в тех же джинсах, голый по пояс, возвышается на холме.

– А, это ты?

– А ты кого ждала? – церберов отца.

– Помоги, пожалуйста, – тяну к нему руки. Он спускается, придерживаясь за выступающие корни, идет ко мне ломая ветки. На голом торсе появляются кровавые царапины.

– Сейчас, – кромсает ветки, не обращая внимания на то, что с пальцев сочится кровь. Сардор подхватывает меня под подмышки и раздается финальный треск ткани.