Исповедь блудницы

– Да, господин, – его глаза вспыхнули огнём. Сердце бешено колотилось, ноги не слушались.

– Что с тобой? – спросила Марго, когда я вошла в кухню.

– Ничего, – краснея, взяла поднос с напитками и вышла к гостям. Я и сама не знала, что я такого сказала, что Доминик так отреагировал?

Мистер Льюис сидел на диване, на его коленях была шикарная блондинка в платье с блёстками. Рука Доминика сжимала ее коленку, он что-то шептал ей на ухо, она заливисто смеялась.

Ещё недавно эти руки обнимали меня, а сейчас…

Почувствовала себя уродиной рядом с ней.

Она смелая, не боится своих желаний, откровенно одеваются, флиртует. А я… должна прислуживать, вот моё место. Не в руках этого шикарного мужчины.

Иду к ним, сжимаю до белых костяшек поднос, пытаюсь сдержать слёзы.

– Мистер Льюис, – голос всё-таки дрогнул, – не желаете напитки?

– Да, спасибо, Адель, – не смотрит на меня, просто пьёт, а я завороженно смотрю, как движется его кадык.

– Что застыла? – говорит его подружка. – Иди, работай.

Блондинка берёт бокал с подноса и смотрит на меня с ненавистью.

– Да, мисс, – покорно говорю, опускаю глаза, желая провалиться сквозь землю.

Разношу напитки по залу, стараясь не смотреть на Доминика и его подружку, но не получается.

– Видишь, ты ему не нужна, – поворачиваюсь, встречаюсь взглядом с голубыми глазами Мэтью. – А мне очень нужна. Поехали? Прямо сейчас?

– Извините, я нужна моему господину, – хотя бы в качестве прислуги.

– Чёрт, крошка, как я хочу, чтобы эти слова ты говорила только мне.

– У меня есть работа. Спасибо вам за предложение, я вполне довольна своей работой, мистер Кларк.

– Неужели Доминик не отвел тебя в свою тайную комнату?

Я бы хотела посмотреть, что за секреты она скрывает.

– Нет. Извините, мне нужно помочь на кухне.

Удаляюсь, чувствуя на себе взгляд Доминика, будоражит до чёртиков.

Что же за тайны ты скрываешь, Доминик Льюис? Что в той комнате?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Гости разошлись поздно ночью. Я так устала бегать с подносом, ноги болят, словно весь день ходила по стеклу.

С трудом заставила себя идти в душ. Утром, когда убиралась в комнате Мистера Льюиса, стащила бутылочку геля для душа. Знаю, это отвратительный поступок, но он почти кончился, а мне так хотелось почувствовать его дурманящий запах на своей коже.

Намылила руки, гладила кожу, закрывая глаза, представляла, что это его руки ласкают меня: по шее, груди, соски больно затвердели, внутри меня и между ног разгорается пожар.