Врачевательница

Холгер похлопал по плечу Эрика, расположился на соседнем стуле и принялся следить за тем, как Йонгальф разливает эль по кружкам.

– Выпьем за Хеннинга, – печально промолвил Йонгальф.

– Я не буду за него пить, – ответил Эрик, отодвигая кружку.

Густав, Йонгальф и Холгер обеспокоенно переглянулись, однако все же помянули погибшего. В этот момент в палатке появились блудница и еще один командир полка – Видар, пожилой мужчина с поджарым лицом, светлой бородкой и серьгой в ухе. Он угрюмо оглядел стол, недовольно хмыкнул и устроился на софе, бесцеремонно усадив девицу себе на колени.

– Отмечаете? – спросил Видар с оскалом. – Разве есть что отмечать?

Ему никто не ответил. Видар обвил за талию блудницу, чмокнул ее в плечо и велел массажировать ему шею. Огрубелыми пальцами она принялась разминать толстую кожу, избегая прикосновений к его блестящим от жира волосам.

В палатке повисла непривычная для их встреч тишина. Холгер почесал живот и решился прервать молчание:

– Что ж мы за кретины такие? Пришли без триктрака.

– Ну-ну. Йозефу не до того, тупица, – проговорил Видар с полузакрытыми глазами. Блудница, сжимая губы, старательно делала свое дело. – Горе у паренька.

Сидящие за столом непроизвольно бросили взгляд на Эрика, как ни в чем ни бывало смакующего эль из трав, можжевельника и ячменя.

– Ты виктигт, да, но не волен убивать друзей, – обратился Видар к Ингвару, но тот по-прежнему не откликался на его уколы. – Расправляться с кригарскими воинами без обсуждения и суда, Эрик, – подло, – продолжил он и раздраженно скинул с себя руки блудницы.

Эрик не спешил отвечать. Ему не хотелось оправдываться. Не впервые Видар злобно скалил зубы, проявлял фривольность и самонадеянность.

– Заткни грызло, Видар! Помни, с кем ты говоришь. Мы не можем знать наверняка, был Хеннинг предателем или не был, – заговорил Густав. – Наш виктигт не стал бы убивать Хеннинга просто так.

– Твой вопрос лишен всякого смысла, – ответил Эрик, сидя неподвижно и глядя в пустоту.

Видар же не мог усидеть на месте, он с силой оттолкнул девку и вскочил.

– Не выношу твоего молчания. Дерзкий юнец! Похоже, дурь из тебя года еще не вылущили.

– Я уже готов каблуком прищемить твой длинный язык, лишь бы ты прикрыл пасть. Хотя бы сегодня оставь свои нападки. Нам всем нелегко. – Йонгальф пытался произносить каждое слово спокойно.