Врачевательница

Авалона раздраженно отбросила кастрюлю и вытерла руки о фартук. Ее не обижало бесправие в собственной семье, она злилась на отца. Он несправедливо ее покарал, ведь это такое унижение – выполнять работу служанок! Сердито хмуря брови, девушка потянулась к письму и принялась его читать.

– Ну, заняться мне нечем, – забубнила Авалона, складывая лист вчетверо. – Я что, гонец?

Шепотом она бранила двоюродную сестру добрый час, пока хлопотала по хозяйству, и все же отправилась выполнять поручение.

Дом Эсбертов, Уиптер-холл, находился неподалеку от Гусиных прудов и кряжей, за которыми виднелся Аскольдский лес.

На самой его опушке росли узловатые деревья. Тонкие белые стволы без коры тянулись ввысь и ближе к макушке переплетались воедино, напоминая пучки взлохмаченных волос.

Когда Авалона миновала лес, солнце уже висело над одинаковыми серыми крышами домов и расточало тепло. Авалона расстегнула крючки курточки и томно вздохнула: уж неясно, от жары или от неохоты выручать сестру.

На крыльце Авалона услышала голоса, доносившиеся из приоткрытого окна кухни.

Один из них был сиплым и не совсем внятным, а второй – старческим и дребезжащим. Авалона посерела от страха и вбежала в дом. Она не хотела, чтобы кто-то услышал бурную разноголосицу и распустил сплетни, иначе позорный отпечаток коснется и ее самой.

В холле валялись ножи и ложки, в воздухе стоял легкий запах дыма. Авалона, взволнованная происходящим, пошла навстречу крикам на кухню и увидела пьяную тетю Астрид и ее свекровь Гапу – сгорбленную маленькую старуху с выпирающим животом.

Авалона воспользовалась приемом Хенрики – громко засвистела. Астрид и Гапа от удивления раскрыли рты.

– Вы одни? – спросила Авалона и притворила окно.

– Да одни, одни, – ответила Астрид с презрительной улыбкой. – Как же все боятся попасться.

– Твоя тетка, – указала Гапа на Астрид, – и ты сама – мое проклятье. А ну пошла отсюда, курвино отродье!

Астрид засмеялась. Авалону же глубоко оскорбили слова Гапы – никто прежде не говорил с ней так грубо.

– Поверить не могу, что вы идвионка. У вас крысиное и подлое нутро, – с пренебрежением сказала она. – Как в холле оказались ножи и ложки?

– Эта старая ведьма обезумела, – фыркнула Астрид и облокотилась руками на стол. – Она сначала бросалась ими в меня, а потом чуть не спалила наш дом.

– Где он твой-то? – Гапа с остервенением посмотрела на Астрид. – Это дом моего сына!

– А я его жена!

– Гнилушка ты, а не жена… – Гапа смачно плюнула в Астрид.