День огня

Я его терпеть не мог – хотя бы потому, что он доставлял так много неприятностей моему любимому учителю! Хорошо, что мистер Бриджер сам сменил тему:

– Ну так что, Караг? Выкладывай, что тебя тревожит.

Мои уши и кончик хвоста нервно задёргались.

– Через неделю выпускные экзамены, а я никак не могу сосредоточиться – всё время думаю, когда нападёт Миллинг. Это же может случиться в любой момент! Ничего другого просто в голову не лезет!

Койот задумчиво бежал рядом со мной.

– Думаю, я могу тебя немного успокоить.

Перед началом атаки обязательно будут предвестники.

– Какие? – спросил я.

– Прежде чем перейти в наступление, Миллинг должен созвать свои войска, – пояснил Бриджер. – Ты ведь знаешь, что в нашей школе есть его сторонники. Это я посоветовал Лиссе не исключать их. Поведение Джефри и его товарищей может нас предупредить о приближающейся битве. Если они исчезнут из школы – значит, мы должны быть начеку.

– Верно, – облегчённо выдохнул я и тут же снова помрачнел. – А вы знаете, что Миллинг планирует совершить здесь, в Северной Америке?

– К сожалению, не знаю.

Но мы обязаны защитить людей в Джексоне. Они даже не подозревают, что находятся в опасности, – озабоченно сказал Бриджер. – Хорошо, что ты на нашей стороне. Лисса рассказала мне, как ты проявил себя в Атланте в борьбе против женщины-сфинкса и её оборотней-львов.

– А, да, конечно, – смущённо пробормотал я. – Спасибо за разъяснения. Буду теперь следить за Джефри и зубрить, пока у меня вся шерсть не выпадет.

– Может, не стоит так уж сильно усердствовать? Твоей подружке-волчице вряд ли понравится лысый пума, – поддел меня Бриджер. – А по поводу экзаменов – обязательно повтори звериные языки, ты в них не силён.

Я кивнул и стал размышлять, когда нужно предупредить коста-риканских друзей, что дело принимает серьёзный оборот. Ведь некоторые из них хотели приехать, чтобы тоже бороться против Миллинга. Трудно сказать, когда будет пора их позвать. Наверное, лучше всего послать сообщение Альфредо, и он сам всё решит.

На душе у меня немного полегчало, и я вернулся в нашу с Брэндоном комнату. Мой друг до сих пор пребывал в царстве сновидений. Мне вдруг захотелось лизнуть шершавым языком пумы его по лицу. Но потом я всё-таки решил, что так поступать с ним нехорошо.

Я снова превратился в человека, проверил у Брэндона пульс – его сердце билось равномерно и мощно, полный порядок – и сходил в библиотеку за компакт-диском с лосиными словами.