Ох, уж эти южные ночи

Он подплыл максимально близко к берегу, надеясь, что Виктория уже уплыла на свою излюбленную глубину и, возможно, даже не заметит его присутствия. Медленно всплыв на поверхность, Марк оглядел берег и море – никого.

Он вышел из воды и поспешил к деревянной лестнице, как вдруг его внимание привлекли странные звуки, нарушающие шепот моря. Это было похоже на бульканье, словно где-то закипала вода. Марк пригляделся к едва уловимому движению в метрах восьми от берега.

– …Какого черта? – произнес он медленно, а потом сорвался с места и, точно стрела, вонзился в воду.

Его сердце разносило грудную клетку, руки работали быстро и четко. Чем дальше от берега он уплывал, тем холоднее становилась вода. Когда Виктория была уже совсем близко, Марк сделал сильный толчок ногами и успел поймать её до того, как она окончательно ушла бы под воду.

– Я здесь! – кричал он, держа её лицо над водой. – Я здесь!

Виктория кашляла и ежилась так, будто что-то доставляло ей невыносимую боль. Её губы дрожали, пальцы с силой впивались в мужские плечи.

– Нога! – закричала Виктория. – Моя нога!

Когда Марк почувствовал дно ступнями, он взял Викторию на руки и, насколько это было возможно, побежал к берегу. Он опустил обнаженное женское тело на песок рядом с брошенным белым полотенцем.

– Что с ногой? – громко спросил он, в панике оглядывая её. – Ты поранилась?

– Суд… Судорога! – закричала она, вцепившись в свои мокрые волосы.

Правая ступня была неестественно повернута в левую сторону. Марк обхватил руками все пять пальцев и резко потянул на себя, снимая тем самым болезненный спазм.

Когда клацание зубов стало громче тяжелого дыхания, Марк медленно ослабил хватку. Его глаза скользнули по стройным загорелым ногам. На Виктории были только кружевные трусики и, кажется, она вспомнила об этом в этот самый момент. Виктория схватила полотенце, чтобы прикрыться.

– Спасибо, – произнесла она дрожащими губами.

– Зачем ты поплыла туда? – низким и рычащим голосом спросил Марк. Он бросил короткий взгляд через плечо, очень надеясь, что она уже спрятала свое мокрое, обнаженное и чертовски манящее тело. – Пять утра! – прошипел он, развернувшись к ней. – Какого черта ты не спишь в это время?

– Я хотела поплавать, – ответила Виктория, потупив напуганный взгляд.