Наемник с Земли

Оширцы не ставили на такие корабли спасательные капсулы, справедливо полагая, что при детонации торпеды пилот сразу же отправится на перерождение, которое должен встретить с радостью: ведь он погибнет за «Единый Ошир» и священного урша. Похоже, Тоши-Сао был каким-то неправильным оширцем, так как мечтал протянуть свои желтые тощие ноги не за Лучезарного Мупа Восьмого, а за банальные кредиты.

Гуни стоял посреди рубки, окруженный своими статуэтками в древнеегипетском стиле. Люди-крокодилы, люди-шакалы и еще какие-то неопознанные скотомутанты.

Некоторые фигурки держали на вытянутых руках небольшие чаши, от которых поднимался слабый дымок. Одетый в странные серые тряпки, лидер наемников был похож на земного бомжа.

В рубку тихонько пробралась Таниз в цветастом платье из кусочков. Она несла в руках два увесистых свертка с комбинезонами «Увекс». Гуни вышел из круга своих фигурок, разматывая серые тряпки. Оружейница присоединилась к нему, распустив узел на животе. Покидав в круг свое старое шмотье, парочка принялась обниматься.

Зрители вышли в коридор, и дверные створки медленно закрылись. Последнее, что услышал Алекс, – стихи на неизвестном языке и стон синеволосой женщины.

Инженер поинтересовался у Хадора: обязательно ли при вступлении в должность капитана сжигать свою одежду, читать стишки и похотливо залезать на старшего офицера? Пилот пояснил, что это ритуал родного мира их будущего капитана. Символическое перерождение – еще не самая дурацкая традиция там. Хадор рассказал о других веселых обычаях и о завершении ритуала.

По канону, капитан потом должен бегать в маске крокодила по коридорам и пытаться залезть на каждого встречного, но Гуни не придерживался всех тонкостей, обозначив обряд в главных чертах.

Новоиспеченный капитан заявился в помещение столовой, где планировалось дать кораблю новое имя. Тут тоже соблюдался какой-то мудреный ритуал. Члены экипажа, вложившие в дело свои средства, скидывали на планшет различные варианты. Количество предлагаемых названий зависело от статуса сотрудника корпорации.

Например, инженерной группе из трех человек предлагалось выдать семь названий. Парочке из конфедерации Делус разрешалось придумать десять. Группа пилотов могла предложить пятнадцать. «Китаец» со своей спутницей остановились на двух.

Алекс придумал банальные «Аврора», «Варяг» и «Харш». Илья, у которого в башке крутилось содержимое кучи прочитанных книжек, изобразил какую-то пафосную ерунду.