Император с Земли

Среди них были и четыре сигарообразных аппарата, предназначенных для доставки дроидов-диверсантов, а также десяток наскоро залатанных трофейных ниххонских истребителей. После того как искин просчитал оптимальную схему сближения, на свои места вышли корветы – в рейде участвовали всего три пилотируемых аппарата.

– Все готово, – сообщил капитан. – Нимэль считает, что искин будет в первую очередь атаковать ближайшие цели, поэтому вы пойдете за ними. Сейчас мы запускаем сразу все, что у нас есть, так что глупой железяке придется поломать голову над выбором целей…

– Если я погибну, прошу считать меня героем Великой Революции! – торжественно заявила Хейла.

– Командир обещал премию за каждую уничтоженную установку главного калибра, – спокойно ответил Шияки. Третий пилот – Жалма, промолчала, Алекс знал, что женщина перед боем практикует свой ритуал единения с Пустотой.

– Внимание, – объявила Хейла, – сейчас под прикрытием подойдем поближе. Пока они будут дырявить наш хлам, мы сделаем пару точных выстрелов и на форсаже уберемся из зоны обстрела.

– Начинаем! – скомандовал Алекс, и зеленые точки на схеме тактического интерфейса пришли в движение. Первыми зажгли жирные факелы ходовых двигателей старые буксиры, после того как они успели набрать скорость, за ними потянулись сигарообразные зонды и уродливые ниххонские истребители.

Когда сенсоры идущего в авангарде аппарата зафиксировали облучение, землянин усмехнулся – теперь старому искину предстояло решить, какие из приближающихся целей заслуживают уничтожения в первую очередь.

– Минус триста сорок тысяч кредитов, – покачал головой Алекс, отметив двадцать восемь погасших зеленых точек. Орудия главного калибра «Кша-Моры» закончили первую жатву и начали двенадцатиминутный цикл перезарядки. Пока что пушки выпускали кластерные боеголовки: искин посчитал нерациональным тратить ядерные заряды.

– Похоже, ты скупил весь хлам в хакданской системе Йола, – ухмыльнулся Илья.

– Есть такое дело, – кивнул капитан. – Лучше потерять деньги, чем обученных людей.

Замерший перед объемной схемой Кергул недовольно поморщился, когда революционерка затянула патриотическую песню. Гимн прославлял деяния Отца народа и призывал угнетенных подняться в едином порыве и сокрушить ненавистных эксплуататоров.

– Это глупо, – покачал головой нобл.