Не останавливайся

Мы делаем это сразу после торжества, потому что полагаться и доверять персоналу ресторана, который как обычно обещает все аккуратно «сложить где-нибудь в уголочке» – совершенно нельзя. То скатерти пропадут, то чехлы на стулья исчезнут, а один раз вообще огромный баннер испарился! Если все делать слаженно, без лишних разговоров, то на сборы уходит максимум полтора часа, а поскольку каждый из нас хочет поскорее оказаться в постели, мы даже не обращаем друг на друга никакого внимания и просто делаем своем дело.

Так, в начале третьего ночи, я, наконец, оказываюсь дома. Как обычно, не разуваясь, включаю телевизор на кухне, а уже потом стягиваю обувь. Эта моя привычка раздражает Арину, но мне как-то все равно. Главное, чтобы кто-то просто говорил, создавая иллюзию активности и жизни в стенах моего дома. Нет, я не одинока и не пытаюсь таким образом заполнить несуществующую пустоту в себе. Мне просто не нравится тишина и совершенная непоколебимость воздуха.

Едва моя голова касается мягкой подушки, я проваливаюсь в глубокий сон. А уже через несколько часов наглым образом из его безмятежной мягкости меня вырывает телефонный звонок. Я чешу заспанные глаза, часто моргаю и фокусирую взгляд на экране мобильного: фото Арины без макияжа.

– Не говори, что спишь, – начинает она, без приветствий. – Ты нужна мне в офисе через час.

– Я вчера работала с самого утра и до поздней ночи, имей совесть. Сегодня у меня выходной.

– Это не займет много времени, завтра будешь спать сколько захочешь. А сейчас ты мне нужна. У меня встреча с чрезвычайно важными людьми, так что будь в офисе через час, Вероника.

Дело дрянь. Когда Арина называет меня Вероникой, значит грядет что-то действительно серьезное. И поскольку выбора у меня нет, я превозмогая отчаянное желание вновь обнять подушку и закрыть глаза, ковыляю в ванную комнату и принимаю душ.

С нанесением легкого макияжа, который занял больше времени, чем обычно, у меня не остается и минутки на завтрак.