Лагерь для взрослых

Никто же не прибежит сюда требовать от нее подтверждающие ограниченное состояние здоровья документы, верно? Алексия никогда не позволяла себе даже парковочное место со специальным обозначением занять, когда нужно было забежать на пару минут в магазин, а сейчас…иные обстоятельства. Ей просто нужна тишина, зеркало и свежая футболка. Не займет и пяти минут!

Тихонько закрыв за собой дверь, Алексия подняла очки на лоб, вынула из сумочки ключи от квартиры и стала разрывать ими плотную упаковку на чемодане.

– Что ты! Здесь совсем не занято, – процедил низкий голос, заставивший её буквально подскочить на месте от испуга.

Ошарашено хлопая ресницами, Алексия и сама не понимала, что напугало её сильнее: занятый тем самым Теодором туалет или тот самый Теодор в одних только расстегнутых уже чистых джинсах? Над его кубиками будто скульптор потрудился… А мышцы – тугие струны!

– …Прошу прощения, – брякнула она, схватившись за ручку чемодана.

– Ого. Вежливость открыла свои глазки?

Издав терпеливый вздох, Алексия с трудом увела свои опухшие глаза от рельефного мужского тела.

– В следующий раз закрой дверь на замок.

– То есть, – бросил темноволосый, – я в очередной раз сам виноват, что ты на меня наткнулась?

– Дверь была не заперта, – оглянулась Алексия, опустив руку на вытянутую дверную ручку, – и я подумала, что здесь свободно.

– А шесть часов назад ты просто спутала меня с унитазом.

Унизительно.

Отвратительно.

Он достал чистую черную футболку из чемодана и нетерпеливо натянул её на свои выпирающие кубики.

– Прошу прощения и за это недоразумение, – процедила Алексия. Во рту было так сухо, словно она сидела на приеме у стоматолога, а медсестра высушивала его специальным приспособлением. Алексия повернулась к нему, и дверная ручка стала упираться ей в спину. – Мне очень неловко. Со мной такое впервые и я чувствую себя, мягко говоря, ужасно.

Он удивил её. Вместо ожидаемого взгляда понимания и обещания «Всё, забыли и проехали», из его губ сорвался высокомерный смешок, а глаза, цвета корицы, устало скользнули по её чемодану.

– Ужасно бы ты себя чувствовала, если бы тебе пришлось дышать ароматами чужого желудка шесть часов. Прибавь к этому испорченные любимые джинсы и футболку, к которым я больше никогда в жизни не притронусь! – бросил они свои вещи в мусорное ведро. – Что в итоге получилось?

Раздражение взыграло в ней, как щепотка соли в стакане с пивом.