Его сумасшедшая девушка

 – Среди присутствующих много тех, кто считает нас с Олей идеальной парой. И сегодня их мнение явно пошатнулось. Где ты научилась играть в гольф?

– Научилась и всё. Что такого то?

– На выходных у Сары юбилей. Я не хочу, чтобы ты блистала глубокими знаниями в астрофизике, например.

– А что, у вас кто-то занимается астрофизикой? – искренне удивляюсь я.

– Мой дед преподает её в университете. Ему восемьдесят пять.

– Ого! – улыбаюсь я. – Астрофизику!

– Что в этом такого? – усмехается Максим, бросив на меня короткий взгляд.

– Не знаю, – улыбаюсь я, взглянув на вечернее розово-оранжевое небо. – За этим словом скрывается что-то очень серьезное, опасное, но непременно таинственное. Люди, понимающие эту науку, вероятно, обладают острым умом и… – Куда меня понесло? Прочищаю горло, бросив в его сторону беглый взгляд. – Ты точно не в деда.

Мои слова вызывают в нем широкую улыбку. Вообще, ему идет улыбаться. От внешнего уголка глаза спускается глубокая складка. Она заканчивается в ямочке на щеке, которая придает резким чертам лица необходимую мягкость.

– Знаешь, о чем меня спросила Сара, когда мы вернулись с игры? – Максим поворачивает ко мне голову. – Действительно ли я являюсь пациентом клиники, врачи которой подрабатывают ветеринарами в ней же?

– Я её понимаю. Твоя машина стоит, как три квартиры с евроремонтом, а на собственном здоровье ты так глупо экономишь.

– Это всё очень весело, но больше таких приколов не надо.

– Ты первый начал, когда сказал про чудесные баночки с анализами. Неужели думал, что я промолчу?

– Что ты! Как я мог на такое надеяться? – раздражается он. – Я же сказал, познакомились в аэропорту, когда летели в Сингапур! Что непонятного?

– Ничего! Кроме того, что в Сингапуре я никогда не была. Если бы кто-нибудь спросил, в каком отеле я жила, я бы сказала: «В том таком, высоком!»

– Никто бы не задавал этот глупый вопрос. Всех интересует место, время и обстоятельства.

– Ладно, – пожимаю я плечами. – Сингапур, так Сингапур.

– Какой теперь к черту Сингапур? – злится он. – Всё, проехали! На этот вопрос я буду отвечать сам, а ты просто сделай так, чтобы всем стало ясно – моя голова и сердце заняты тобой и освобождаться в ближайшие лет тридцать не собираются!

– Тридцать лет? – ахаю я, вытаращив глаза.