Первая люболь

– Эй, красавица, прикурить не найдется? – Я обернулась на писклявый противный голосок за спиной.

В закутке за школой стояли несколько мальчишек. На вид второй-третий класс.

– Не рановато ли вы начали курить? – нахмурившись, ответила я, пытаясь пройти к центральному входу, однако парни преградили мне путь.

– Ты что, считаешь нас мелкими? – Все трое как по команде громко рассмеялись.

– У самой-то давно ли молоко с губ обсохло или не обсохло? – Конопатый мальчишка вульгарно облизнулся.

– Дайте пройти, я на урок опаздываю!

– Повежливее, дамочка.

– Не курю.

Мне с трудом удалось прорваться, и, ускорив шаг, я направилась к парадной лестнице, как вдруг кто-то резко потянул мой рюкзак, отчего он съехал с плеч.

– Эй, что вы творите? – крикнула я, когда один из сорванцов сорвал рюкзак, пасуя его своему дружку.

– Какой тяжелый, ты что, там кирпичи носишь? – зловеще ощерился конопатый.

– Отдайте! Кому говорю? – Я ошалело мотала головой в надежде, что кто-нибудь придет на помощь, однако подростки продолжали стекаться к школьному крыльцу, не реагируя на действия малолетних вредителей.

Судя по всему, подобное здесь в порядке вещей. Никто не хотел высовываться, чтобы не накликать беду. Тем временем мальчишки продолжали перебрасывать мой рюкзак, не обращая внимания, что хлипкий замок разошелся и на снег падают мои вещи.

Повернув голову, я обратила внимание на Воинова. Мой мучитель находился на верхней ступени крыльца, беззаботно болтая с привлекательной блондинкой в чересчур короткой юбке.

– Отдайте! – крикнула я.

Услышав за спиной колючий смех спутницы хулигана, я съежилась. В отличие от Воинова девушка даже не пыталась скрыть, как сильно ее забавляет неприятная ситуация, в которой я оказалась.

– Да прекратите же! Я на урок опаздываю!

С замиранием сердца я заметила, как из рюкзака вылетел мой кошелек. К несчастью, он оказался открытым – на снег посыпались мои сбережения, а именно две аккуратно сложенные сторублевые купюры.

Я бросилась их поднимать, но в это мгновение один из хулиганов подошвой тяжелого армейского ботинка будто ненароком втоптал деньги в снег.

– Подонки…

Я чувствовала злость и обиду, распирающие меня изнутри. Переведя взгляд на крыльцо, обнаружила, что Воинов со спутницей исчезли. Впрочем, и мои маленькие мучители с оглушающим мерзким хохотом бросились врассыпную.

Я села на корточки, неторопливо складывая книги обратно.