Дарованная пророчеством

Сильно бьющееся сердце, мелкая дрожь во всем теле, испарина, что покрывает мои лоб и шею, а еще спазм, сковывающий горло, не позволяя закричать от страха – все это повторялось раз за разом, после каждого такого сна, где я становлюсь главным блюдом зверя, созданного моим воображением, чья пасть была полна острых, как лезвия зубов.

– Боги! Да сколько же можно? – немного придя в себя и как следует проморгавшись, прошептала я. – За что мне такое наказание? Так и умереть можно от страха, не успев проснуться…

Разумеется, после таких ярких впечатлений, о том, чтобы продолжить спать и речи быть не могло.

Поплескавшись в раковине и накинув на плечи домашний халат, тихонько вышла в коридор и замерла. В новом доме, куда мы прибыли с отцом только сегодня вечером, я плохо ориентировалась.

«Кажется, нужно направо. Потом дойду до лестницы, спущусь на первый этаж и… какая-то из дверей, не помню, какая, приведет меня на кухню», – мысленно проложив себе маршрут, я побрела по длинному коридору, устланному ковром. В доме было тихо и спокойно, что не мудрено. За окном царила глубокая ночь, и все спали. Ну, кроме меня, разумеется.

Спустившись по лестнице, я остановилась на пороге гостиной, раздумывая, куда же нужно идти дальше. И тут до меня донеслись глухие звуки. Я прислушалась и поняла – нет, мне не показалось: по дому словно кто-то ходил.

Перевела дыхание и, стараясь не шуметь, прошла по коридору в сторону кухни и комнат слуг, но оттуда не доносилось ни звука. Вновь вернулась к гостиной, бесшумно пересекла ее, вспоминая, что где-то тут, на нижнем этаже, находилась комната, отведенная под кабинет отца.

«Ну вот, не успели приехать, как он вновь начинает засиживаться за работой допоздна. А ведь к своим обязанностям должен приступить только утром. Что он там делает?» – возмущенно подумала я, уже издалека завидев, как из-под двери кабинета пробивается тусклая полоска света. Прошагала по коридору, возмущенно сдвинув брови, вошла в кабинет в надежде увидеть отца и замерла в изумлении.