Лидия. Таинственный мир

– А, по-моему, – сказала я, – пока мы здесь спорим, в доме происходит что-то странное!

И действительно, за дверью раздались какие-то звуки, а тени в библиотеке задвигались и затанцевали.

Когда Долли тихонько приоткрыла дверь, в библиотеку неспешно заполз ковер из прихожей, верхом на котором ехала декоративная подушка. Ковер кряхтел и возмущался, недоумевая, почему он везет на себе эту толстую даму, а не наоборот! Подушка возражала, говоря, что ее нежная шелковистая ткань слишком хороша, чтобы волочиться по полу! Ковру все никак не удавалось свернуться калачиком, ибо подушка никак не желала слезать.

Ворчун почесал за ухом и пробормотал что-то невнятное.

– Чудеса, да и только! – со смехом отозвалась Долли, а я схватила ночник и принялась осматриваться по сторонам. По прошествии нескольких минут на окне зашелестели и сами завязались в узел портьеры, а картины на стенах ожили. На одной такой картине был изображен прудик с кувшинками и мостик, поросший мхом.

– Интересно, это происходит на всех этажах или только наверху? – шепотом спросила я у Ворчуна.

– Непонятно, к чему все это! – ответил Тролль. – Снова проделки лаоутов или в доме еще есть гости…

– Этого только не хватало! Сейчас они перебудят весь дом и нам несдобровать! – ужаснулась я.

– Да ну вас! – воскликнула Долли! – Это же просто здорово! К тому же у нас есть Вара, который может сделать так, что никто ничего не узнает.

– Да будет так! – сказал Ворчун. – Нам действительно нужна магия талисмана, чтобы мы и впредь смогли беспрепятственно проходить сквозь портал в Лидию, оставаясь незамеченными.

– Да! И наша семья будет в полном порядке – никакого волнения!

Амулет вспыхнул синими искрами и зазвенел, подобно сотне маленьких хрустальных колокольчиков.

– Он поет, когда наши намерения являются истинно благими и когда этого желают сразу несколько человек! – объяснил Ворчун.

Когда мы спустились вниз на кухню – там было настоящее представление. Блюдца и чашки вертелись, как безумные, пирожки самовыпекались, цветы в вазе кивали своими бутонами и что-то напевали, а ложки танцевали чечетку прямо на подносе.