Минуты решают всё

С ног уже валилась от усталости и мечтала поскорее добраться до своей кровати. Теперь предстояло найти выход из лабиринтов второго этажа.

Наконец-то добравшись до лестницы, быстрыми шагами стала спускаться вниз по массивным ступеням. Как вдруг услышала едва доносившуюся из глубины дома мелодию скрипки. Я остановилась и прислушалась, уж не показалось ли мне? Тихие звуки инструмента доносились откуда-то с первого этажа. Странно… В такое время…Может «шарпей» увлекается скрипкой?

Прибавив шагу и оказавшись внизу, я вновь остановилась и прислушалась.

Стало по-настоящему любопытно, кто в такое время мог играть. Довольно необычная ситуации, тем более в доме Эмили Круз. Она сама никогда не интересовалась искусством и была от этого очень далека. Вспомнилось, как однажды на Рождество я подарила ей билеты в оперу, так она посмотрела на меня таким уничтожающим взглядом, что на следующее утро я шла на работу, не зная, уволили меня или нет.

Кстати, личная жизнь Эмили была за семью печатями. И только сейчас, стоя в её прекрасном особняке, я поняла это. Я не знала ровным счетом ничего о её семье.

Как идиотка я продолжала стоять посередине холла первого этажа. Дом выглядел довольно пустынной и одиноко, не считая передвигавшегося дворецкого, мелькавшего в противоположной стороне.

Принято было решение рискнуть и пойти на звук красивой льющейся мелодии. Я двинулась по длинному коридору, вымощенному мраморной напольной плиткой.

Добравшись потихоньку на полупальцах до цели, я нерешительно заглянула в проём открытой двери, за которой скрывалась небольшая комнатка с большим панорамным окном, возле которого стоял молодой человек, самозабвенно играющий на скрипке. Перед ним располагался пюпитр с нотами.

Окинув взглядом помещение, заметила, что ноты, впрочем, валялись повсюду. Комната прибывала в творческом беспорядке, но всё это меркло по сравнению с тем, кто извлекал из прекрасного инструмента ласкающий слух мелодию.

Юноша был потрясающе красив собой. Более сексуального и очаровательного создания я не встречала за всю свою жизнь. Банально? Да. Но это была данность. Он был очень молод. Наверное, не больше двадцать лет от роду, или чуть старше, но не более.