Эмпатия

Впрочем, это не изменило ситуации, когда всё же им удалось меня отыскать. Я попросила Гейба оставить меня в покое по средствам электронной почты. Его большой опыт в лечении душевнобольных людей подсказал ему, что в данной ситуации так и нужно поступить. Он знал меня лучше всех, знал, как устроена моя душевная организация, когда надо нажать, а когда лучше отступить. Он написать в ответ только одно предложение: «Я буду ждать столько, сколько тебе потребуется».

Как же он ошибался. Я не могла его винить в наивности, ведь он не знал моего предательства.

Пусть остаётся всё как есть. Время лечит, и оставалось надеяться, что меня он скоро забудет, как страшный сон.

Помимо работы, единственное, что доставляло мне удовольствие, это поездки в тир. Пришлось выбрать не самый популярный и лучший, чтобы не давать очередным слухам распространяться среди местного населения. Парочка журналистов и так пронюхала, кто я и чем занимаюсь. Просили дать интервью, но были тактично посланы. Хотелось бы ездить в тир чаще, если бы не страх, что некоторые начнут видеть во мне копа в отставке, который пытается вспомнить лучшие времена своей карьеры.

Это разумный страх. Мне часто казалось, что именно так и происходило.

Двадцать лет. Я проработала в Управлении Департамента Нью-Йоркской полиции двадцать долгих лет.

За это время я принимала участие в более чем сотне облав и десятки раз возглавляла расследования резонансных дел. Была хорошо известна аналитическим складом ума, скоростью, мгновенно могла найти выход из любой сложной ситуации.

Не буду лукавить достаточно привлекательной внешностью, которая не давала покоя мужчинам и сейчас. Хоть мне и сорок два. Когда я пришла на службу в двадцать два, молодая, неопытная, совсем юная девушка, ко мне сразу привязалось прозвище «куколка». Сегодня за такое легко получить по зубам, но раньше на это никто не обижался. Это было обычным обращением к женщинам-детективам.

Бывало, я выходила из себя, если кто-то перегибал палку. Ломала носы коллегам, дралась, когда нагло лапали мой зад.

Со временем мужчины научились уважать меня и видеть не только сексуальное тело, которое всегда старалась поддерживать в хорошей форме, но и за заслуги и усердную работу.

Сейчас, в сорок два, я чувствовала себя неудачницей. Год назад у меня было всё. И в одночасье всё потерялось. Я стала никем.

Поездки в тир – это прекрасно, но оно блекло в сравнении с событиями прошлого. Я отчаянно пыталась забыться в чтении.