Cмертельный узел

– Интуиция подсказывает, что время будет потрачено впустую. Ставлю сто баксов, что он сделал её сам, – парировала я. – Хочет заиметь публику. По-видимому, я должна высоко оценить качество представленной работы.

– В твоих словах, – заговорил Курт, – есть здравый смысл! Детально изучите гравировку и поймите смысл написанных слов. Почему экспозиция адресована именно тебе? Соображения на этот счет, имеются? – он посмотрел мне прямо в глаза. Взгляд его настолько наполнился глубиной, словно Курт хотел заглянуть мне в душу.

Он всеми силами хотел позаботиться обо мне и уберечь от опасности. Я его за это не виню. А после проведенной совместной ночи он считал себя в кое-то мере ответственным за меня. Мы не говорили тогда о его чувствах. Просто я боялась услышать какие-то признания с его стороны. Очень боялась. Хотелось, чтобы Курт остался другом. Чувство тревоги, едва уловимое в его взгляде, всё-таки ему не удалось скрыть.

«Вот же дрянь! – выругалась про себя. Нельзя вступать в одноразовые интимные отношения даже в алкогольном опьянении, Глория! НИ- КОГ-ДА!».

– Версий миллион! – ответила задумчиво я. – У нас не хватит времени отработать все. Для начала поищем толкового специалиста, желательно психолога или психиатра, чтобы получше разобраться с душевным состоянием преступника. Будет личная просьба, Эдриан. Пожалуйста, вытащи и выжми всё возможное с образцов кожи. В этот раз мы должны прижать подонка и положить конец этому безумию. Чтобы добиться хорошего результата, придётся сверхурочно поработать.

Подошёл Брайн и присоединился к беседе. Дальше пошло обсуждение деталей и проработка последовательных действий на первых этапах расследования.

– Интересно, чем он обрабатывает кожу? Она ведь не пахнет разложившейся плотью.

Брайн нехотя повернулся к картине и с отвращением посмотрел.

– Именно такого эффекта он и добивался, – ответила я. – Состояние шока при первом осмотре. Это с лихвой ему удалось.

– Считаете, что тут замешан сексуальный мотив? – поинтересовался Курт, по-прежнему не сводя с меня глаз.

– Полагаю, что сексуальная подоплека здесь играет ключевую роль. Мы имеем дело с человеком, который либо отрицает свою сексуальность, либо питает к ней отвращение и выплескивает его на свои жертвы.