Всё, что от тебя осталось

Уже другой такой же бородатый плотного телосложения «рыцарь» оставил свой номер телефона для любого, кто видел Ирвина, слышал от него вести или что-то о нем знает. Я позвонил. Никто не поднял трубку. И мне даже сделалось легче, что история закончилась сама по себе. Но спустя пятнадцать минут с таинственного номера перезвонили.

– Добрый вечер. Вы недавно набирали мне, – прозвучал низкий голос.

Я на секунду растерялся, не зная с чего начать.

– Это по поводу Рыцаря Ирвина, – отрывисто начал я, ожидая реакции на другом конце.

– У вас есть о нем новости? – нерешительно отозвался собеседник.

– Эм, нет. Но я был на перевале. Видел его недостроенный дом. Мне бы хотелось знать больше о том, что ему удалось узнать.

– Как и всем нам… – тихо произнес разочарованный голос. – Миша пропал. До сих пор его не нашли ни живым, ни мертвым.

Теперь мне стало действительно не по себе. Но вместе со страхом росло любопытство.

– Значит, эта статья – все, что на сегодня известно?

– У меня есть его последние звуковые сообщения, записанные, вероятно, для очередной статьи.

Его телефон – вот все, что мы нашли, прочесывая лес. Он лежал в траве оврага, примерно в километре от брошенной машины.

Мой собеседник проговаривал это ни в первый, ни во второй и даже ни в третий раз.

– Простите, что омрачаю ваш вечер. Я не знал подробностей. Думаю, он был вашим хорошим другом, и я своим звонком лишь дал почву ложным надеждам. Возможно, я льщу себе, что смогу разгадать загадку этого места, но мне все же очень хотелось бы попробовать.

– Понял. Вышлю вам файл. Слушать перед сном или утром, решайте сами. Но если бы я знал вас лично, то настоятельно бы посоветовал выбрать утро.

Уже через пару минут после того, как я отправил сообщением свою электронную почту, на нее прилетел таинственный документ с четырьмя звуковыми дорожками. Руки нерешительно застыли на клавиатуре, но уже скоро я услышал бархатистый голос, даже не заметив, как мои пальцы сами включил звукозапись:

«Лес приветствует меня душистым ароматом и яркими солнечными зайчиками.

Как я мог вчера чего-то здесь бояться? Птицы трещат наперебой (они и вправду там чирикали, как ненормальные, окружая рассказчика со всех сторон) приятный теплый ветер где-то высоко мотает хвойные лапы, сквозь которые дружелюбно синеет небосвод. Да и мой неспокойный гость, кажется, отбился. Я уже не чувствую на себе его пристальный взгляд.