Дорога на Ольхон

Старик от волнения частил и начал заметно шепелявить. Колька оглянулся – даже стоящий позади плотный заметно побледнел. Не к месту заныли ушибы на лице, полученные во время перевозки. Появилось твердое представление, что он опять сделал какую-то оплошность, может быть, даже граничащую с глупостью.

Приходило понимание, что еще немного и начнется дознание. А может, они и вполне обойдутся без него. Наверное, скоро за ним придут. Колька не знал, сколько ему осталось – жить, думать, говорить. Хотелось напоследок выяснить все, что только можно.

Но, как назло, плотный исчез. Он словно захотел спрятать от Кольки тайну своего появления здесь и тайну своего необыкновенного положения в бараке. Взгляд провинившегося напрасно пытался вычислить плотного человека среди полуголых тел. Но, словно пресекая любую возможность размышлений, над толпой прозвучал голос:

– Так ты и есть тот случайный человек?

Почему никто не заметил, как открылась решетка? А может ничего и не открывалась? И этот человек проник сюда по необъяснимым тайным путям? Или даже по воздуху? Но, в любом случае, сейчас перед Колькой стоял очень высокий, крепкий и, главное, полностью уверенный в своих силах человек.

Он отличался от всех тех, кого видел Колька до сих пор. И, все-таки, человек проник явно через дверь в решетке. Ведь какими бы силами и возможностями он не обладал, протащить за собою еще и двух стражников – слишком трудновыполнимая задача.

Кажется, нужно было что-то говорить, но уже порядком запуганный Колька предпочел промолчать.

– Я еще не решил, для чего ты мне нужен. И может быть, мы даже делаем ошибку, сохраняя тебя в живых.

Высокий человек развернулся к выходу, а торопливая стража уже накидывали веревку на руки Кольке. В этот раз его не бросили в повозку, а посадили на старую пятнистую лошадь. Два стражника к удивлению Кольки шли рядом пешком и, по очереди, придерживали животное под узцы. Никакой грубости или ненавидящих взглядов не было. И это не смотря на сравнительно длинную дорогу.

После того, как она прошла перед широко раскинувшимся парком, обнаружилась, словно вросшая в деревья, широкая двухстворчатая дверь. По-видимому, их здесь ждали. Кольку ссадили с лошади, а вышедший к ним человек ухватился за веревку на его руках. Дальнейший путь пролегал по красиво устроенным парковым дорожкам. Когда после очередного поворота вынырнул прекрасный трехэтажный дворец, Колька буквально оторопел. Строение не просто вызывало восхищение.