Вкус вечной ночи

Доверившись святому отцу, Настя и не знала, что это вовсе не святой отец, а самый настоящий предатель истинной православной церкви, чьи добродетели невероятно лживы и циничны.

Будучи двуличным актером, уже много лет сей нечестивый священник водил за нос все Черноземье, притворяясь истовым богословом, но на самом же деле этот человек продал когда-то душу Белиалу за долгую и сытную жизнь, помноженную на карьеру и всеобщее глубокое уважение.

Обманывая прихожан и настоящих, искренних служителей веры, отец Николай имел изрядное пристрастие к алкоголю, гедонизму и ко всяческим развратным, богомерзким развлечениям.

Постоянный завсегдатай публичного дома, он оставлял там львиную долю собранных с прихода средств, а остальную же часть денег он просаживал в домах игорных.

Чтобы об этом не стало известно горожанам, высокопоставленный поп снимал там ложу и играл исключительно с приезжими. Никогда не выигрывал и всегда на это злился, изрыгая потом хулу с проклятьями на небеса и церковь.

Всякий раз, когда вышестоящее духовенство интересовалось тратой денег, отец Николай клялся на кресте, что отдал их на благотворительность, чем с каждым днем он все больше и больше загонял свою несчастную гнилую душу в ад.

Благочестивая Настя, дитя добродетели, не могла знать, что, будучи допущенным до воспитанниц Александрийского института, поп не одну воспитанницу в нем обесчестил, и только искренне верующая дочь подполковника Жуковского не замечала никогда его скользких и непрозрачных намеков.

И если знала бы она, зачем бежит сейчас сей нечестивец в церковь, она бы, конечно же, проснулась и дала бы ему отпор. Но это только – если бы могла…

* * *

Очнувшись ото сна, Настя почувствовала острую боль между ног, а потом – странную тяжесть на теле и чье-то усердное, сосредоточенное пыхтение в ухо.

В следующий момент она поняла, что на ней лежит благочестивый отец Николай, полы его рясы задраны, как и платье девушки, и, раздвинув ноги Насти, он совершает над ней циничное и богохульственное непотребное насилие!

Поп был толстый, потный и тяжелый.

Его до ужаса мохнатое тело терлось о нежную кожу девушки, а висящее на груди распятие больно обжигало ей грудь. Не передать словами ту волну отвратительного омерзения, что охватила Настю.

Девушке показалось, что мир ее рухнул. До настоящего момента она еще верила в то, что может попасть на небеса, но теперь же она почувствовала, как перед нею распахнулись двери в ад.