Игра снов

В середине композиции красовался треножник из огромных жердей, связанных наверху. На треножнике был подвешен котел циклопических размеров. Черт знает, где горожане раздобыли такой котел, возможно, одолжили в самой адской кухне. Под котлом полыхал огонь. В закипающей воде багровело лицо, в выпученных глазах которого – мольба и безумный ужас. Кругом бесновались бюргеры, явно одобряющие происходящее.

– В чем провинился сей муж? Почему решено предать его столь жестокой смерти? – вскричал рыцарь.

Из толпы выступил пухлый и очень важный коротышка в ярко-синем берете с богатым плюмажем из экзотических перьев.

– Горожане решили заживо сварить Гвидо, хозяина трактира, потому как полагают, что этот злодей добавляет в свою стряпню колдовские зелья.

– Что за чепуха?! – Закари ухмыльнулся. – И каково же их действие?

– Богомерзкие снадобья лишают праведных жен воли и делают беззащитными перед похотью.

Гвидо заверещал из котла:

– Поклеп! Этот скаред не дает жене денег на ленты, вот она и ищет благосклонности у щедрых кавалеров.

Из толпы раздались женские голоса:

– Это чистая правда! После его жаркого я сама не своя.

– Я поела в «Приюте эпикурейца» бычьих хвостов с кашей и ничего не помнила после этого до утра.

– А я отведала перепелов, тушенных в розовом вине, и очнулась в объятиях какого-то вертопраха.

– А я попробовала говяжий язык с хреном и еле вырвалась за полночь из лап трех пьяных школяров.

– Стойте, стойте! – попросил рыцарь. – По поводу приворотного эффекта я понял. Еще претензии имеются?

Женщины снова запричитали:

– Мой муж не хочет обедать дома!

– А мой вылил мне за шиворот суп, который обожал ранее!

– Я приготовила своему почки, а он отбил мои собственные и сказал, что у этого дьявола харчи лучше.

– Не все сразу! – взмолился Закари.

Тогда подала голос старуха со злым лицом:

– После того как мужчины отведали кушанья в этом дьявольском вертепе, они ругают нашу стряпню.

– То есть из-за того, что ваши хозяйки не умеют готовить да еще и слабы на передок, вы решили извести лучшего в стране, а возможно, что и во всем мире, кулинара?! – возмутился Закари. – И даже если то, что вы говорите, правда, это всего лишь означает, что нечистую силу заставили работать во благо.

– Да он и сам нечистый! – закричали из толпы.