Детокс

Заросли дикой малины, шалаш в лесу, построенный собственными руками, и магазин, в котором я воровала конфеты. Вечером мы покупаем пива и устраиваемся на лавочке у дома. Немного подумав, угощаем пивом и бабушку, и она, выпив бокальчик, уходит спать, а мы ещё долго-долго сидим, пьём, разговариваем и смотрим на звезды. У меня странное ощущение: словно я вернулась в детство, потому что уже очень давно мне не было так спокойно и уютно, и одновременно не охватывало так сильно предвкушение будущего.

– Хорошо у тебя здесь, – говорит Ленка.

Я думаю, она так считает не в последнюю очередь потому, что «у меня здесь» не нужно прятаться, чтобы покурить, и можно совершенно спокойно выпивать. Но ничего этого я не говорю. Молча киваю и улыбаюсь темноте. Не сговариваясь, мы решаем остаться ещё на один день

Удивительно, но я умудряюсь совершенно не пересекаться с Владом. Иногда вижу его издалека или слышу его голос, выходя в подъезд, – и стараюсь тотчас же скрыться. Я совершенно, абсолютно не готова пока смотреть ему в глаза.

Тем не менее, когда пару недель спустя я узнаю, что Влад уже уехал, оказывается, что к этому я тоже совсем не готова. Кажется, все мои слегка остывшие чувства вспыхивают заново. Я плачу, давлюсь слезами, поглощённая одной-единственной мыслью: он уехал, уехал навсегда, я больше никогда его не увижу. А я даже не попрощалась с ним, даже не увиделась с ним напоследок, я пряталась от него, избегала его, не смогла даже сохранить его дружбу, возможность переписываться и перезваниваться, а теперь он уехал, и ничего уже не изменить и не исправить.

Лишь спустя час или около того внезапно проснувшийся здравый смысл подсказывает мне, что, вероятнее всего, я ещё увижу Влада, и не раз. Он не уехал навсегда. Люди в наше время не уезжают навсегда, это просто смешно. Как минимум, он будет регулярно навещать родителей, так что мы ещё увидимся, и я смогу поговорить с ним и всё ему объяснить. Если это вообще имеет для него какое-то значение, в чём я, по правде говоря, сильно сомневаюсь.

Но мы сможем общаться дальше – если мне самой этого захочется, в чём я сомневаюсь не меньше.

Я шмыгаю носом и закуриваю. Что ж, приходится признать, что этот период моей жизни закончился. Период, когда я до безумия любила Влада и упорно стремилась к достижению своих целей. Вот только… любила ли я Влада или он был просто одной из этих целей? Не знаю, да и теперь это не имеет значения. Всё кончилось, и, удивительно, когда я это признаю, мне становится легче дышать.