Детокс

Он улыбается и чмокает меня в нос.

– Я позвоню тебе завтра, – и подмигивает. – Постарайтесь выжить после встречи с мамой, ладно?

В ответ я кривлю рожицу и уже совсем было собираюсь уходить, но в последний момент снова бросаюсь к нему на шею и целую его – опять. Это просто наваждение какое-то!

– Иди, – хрипло шепчет он. – Иди уже, а то я тебя не отпущу.

Я чувствую то же самое. Ещё один поцелуй, и я сама просто не смогу уйти.

– До завтра, – говорю я и, чудовищным усилием сдвинув себя с места, заворачиваю за угол.

* * *

Дома всё предсказуемо ужасно. Мама молчит. Она всегда так делает, когда рассержена: никогда не кричит, просто замолкает на неопределённо долгое время и смотрит на меня как на таракана. Удивительно неуютное ощущение.

Я собираюсь было что-то сказать, как-то оправдаться, но вовремя соображаю, что дьявольски пьяна, и, даже если соберу всю волю в кулак и смогу притвориться трезвой, меня выдаст запах. Так что я решаю оставить покаянный монолог на завтра, быстро умываюсь, тихонечко прокрадываюсь в свою комнату и ныряю в постель.

И не могу уснуть. Несмотря на долгую прогулку и огромное количество выпитого – не могу.

Пытаюсь вспомнить, чем я раньше занималась перед сном, о чём думала. О, у меня было о чём подумать! Я мечтала о Владе, строила планы на завтра, иногда от нечего делать повторяла пройденное за день. Хотя чаще всего засыпала сразу же, как только моя голова касалась подушки.

Сегодня об учёбе не хочется думать категорически, а мысли о Владе устойчиво отдают горечью.

Тем не менее, стоит вспомнить об этих поцелуях – и меня охватывает трепет. Может, всё же что-то в этом есть? Не пытаться что-то изменить, не стремиться бесконечно к какой-то цели, а просто наслаждаться летом и теплом… Рома определённо не тот человек, ради которого я могла бы становиться лучше, да мне и не захочется.

На часах почти четыре утра и за окном начинает светать. Я поднимаюсь с кровати, распахиваю окно и прикуриваю сигарету – очень тихо, чтобы не услышала мама, спящая в соседней комнате. Дождь закончился, воздух неописуемо свеж и душист, словно он впитал в себя ароматы всех цветов на земле.