Твой любимый фамильяр

– Нет-нет! – поспешил отмахнуться Элай, пока она сама не стала лупить себя за его слишком длинный язык. – Приветствую, эээ… леди. И пожалуйста, не надо называть меня господином.

Эйфири качнулась на ногах-палочках, словно от порыва ветра, которого в кабинете с закрытым наглухо пыльным окном не могло и быть. Несмело подняла взгляд с созерцания мысков башмаков на Элая, и в глубине васильковых глаз отчётливо встал страх.

Мелькнула глупая мысль, что именно эта малышка родилась из василька или лаванды. От шкатулки пахло полевыми цветами, как от целого букета, и внезапно захотелось предстать перед ней в более презентабельном виде: не с торчащими волосами и не в мятой после попойки рубашке.

– Но если я понимаю правильно, то вы мой господин, милорд, – голос эйфири стал ещё выше, задрожав. – Или вы намерены от меня отказаться?

– Я… Послушай…те. Как мне вас называть, леди?

– Так, как захочет мой господин, – девушка присела в реверансе, видимо, желая показать свою идеальную выучку.

– Нет, так не пойдёт, – нахмурился он.

Всё больше хотелось выпить, вот только два дня подряд заливаться хмелем он себе никогда не позволял. – Вас же как-то звали в академии?

– Не нужно обращаться ко мне на «вы», милорд. В академии я отзывалась на номер двенадцать. Вы же…

– Должен дать имя во время ритуала связки, да, – Элай горестно вздохнул, наблюдая за возрастающим волнением на светлом лице волшебного создания. – Но его не будет. Ты свободна. Я не держу тебя, и позволяю уйти прямо сейчас.

Казалось, что эйфири ударили по ногам. Шумно ахнув, она упала, словно подкошенная, пятой точкой всё на тот же лепесток розы, и у Элая на секунду пропало дыхание от того, сколько боли отразилось в васильковых глазах. Даже лавандовые косы задрожали от сдерживаемых слёз:

– Ч-что это значит? Я вам не понравилась? Прошу, дайте мне шанс доказать, что я не бесполезна! – по бледности девушка уже сравнялась с цветом своего платья, нервно теребя пальцами его заканчивающийся у коленей подол.

 – Господин, я лучшая на своём курсе! Я стану прекрасным спутником, таким, каким вы пожелаете – говорливым или молчаливым, незаметным или шумным. Только прошу, не нужно меня прогонять…

– Эй-эй, успокойся, – счёл своим долгом прекратить намечающуюся истерику Элай, непроизвольно протягивая к шкатулке руку. – Можешь стать чуть больше? Неудобно говорить, когда я настолько крупней тебя.

Жалобно всхлипнув, эйфири быстро кивнула и подбежала к краю шкатулки.