Игра трех королей

– Кстати, что-то давно не видно тут паренька с гитарой, – как бы между дела заметил Рик, оглядывая ступени и сторонясь ближе к стене, чтобы его не толкали прохожие.

Наркоманка настороженно замерла, теребя в руках банкноту, затравленный взгляд застыл. Внезапно противный писк гармоники оборвался на одной ноте и с нижней ступени раздался сиплый, болезненно лающий смех:

– Берта, вернула бы ты деньги по-хорошему… Только полицаев нам тут не хватало!

Лохмач презрительно фыркнул, окинув куртку Рика и его начищенные ботинки оценивающим взглядом.

– Понятия не имею. Никого не знаю и знать не хочу.

– А если всё-таки постараться? – вздохнул Рик, не демонстрируя раздражения вмешательством бродяги с гармоникой. Он нечто такое и предвидел: если хочешь откровенности от подобных людей, то либо должен быть одним из них, либо иметь деньги. Удостоверение полицая сделает только хуже, закрыв все рты на замки до самого ареста, на который нет особого повода.

– Мне проблемы не нужны! – испуганно пискнула наркоманка и моментально свернула свою картонку, поднимаясь вверх по ступеням на трясущихся ногах. – Всего хорошего, герр!

Через миг она уже растворилась в толпе, а лохмач открыто засмеялся ей в спину. Даже старуха без ног заинтересовалась происходящим, высунув нос из-под платков и растягивая беззубый рот в улыбке.

– Никто не станет есть вишню[18 - Выражение «с кем-либо плохо есть вишню», mit j-m ist nicht gut Kirschen essen – с ним лучше не связываться (аналог русского «с ним каши не сваришь»).] с полицаем, – прошамкала она очевидный и самому Рику факт. Но проверить наводку Лоры было необходимо, ведь всё равно нет других вариантов. Что попрошайки окажутся такими внимательными, он не ожидал.

– Я не прошу со мной есть вишню, – как можно более хладнокровно отозвался Рик, направляясь к старухе и стараясь дышать мельче, чтобы просачивалось не так много исходящей от неё вони. – И парня разыскиваю совсем не чтобы арестовать, как и любого из вас. Просто хочу знать, куда он мог подеваться.

– Тут только самого чёрта спрашивать, нам-то почём знать, – пожала плечами старуха, но её перебил тот же наглый лохмач.