Переполох в Тридевятом, или Как женить Кощея

Спустя пару часов довольные да разрумянившиеся, все три женщины дружно уснули за столом. Они не знали, что все напитки наложено заклинание крепкого сна.

Глава 4

Кухня.

Утро встретило женщин на том же месте, где они вчера и уснули.

– О-о-о. – протянула Сима, потирая затёкшую шею. – Моя голова!

– Пи-и-ить. – вторила Люба, шаря рукой по столу.

– Мы все умрём! Он нас всех убьёт! – причитала Настя.

– Россола мне, рассола.

– Аспиринчику бы сюда. – чуть пошатываясь двигаясь Люба в сторону кадки с водой.

– Ой, Любаша! – воскликнула Сима, уставившись на подругу и не верив своим глазам. – Ты гляди, какой ты стала-то. Бровки домиком, губки бантиком, попка орешком, волосы шёлком по спине стелются. А походка, походка-то…

Женщина остановилась и резко развернулась в сторону своей подруги, во все глаза уставившись на неё.

– Ох, Симочка, а ты на себя-то погляди, – восхищённо выдохнула она. – Ты ж уже не плешивая, посмотри, какой бурьян на голове.

– Чудеса! – выдохнула Сима, медленно поднимаясь из-за стола.

– Да, какие же это чудеса? Это всё просто молодильные яблочки из сада хозяина, – хмыкнула Настя, резво убирая кружки со стола и тут же принимаясь их тщательно мыть.

Подруги молча переглянулись и тут же восторженно охая, принялись ощупывать свои новоприобретённые фигуры.

– Наська, а зеркало есть? – полюбопытствовала Сима, любовно оглаживая свою пятую точку.

– Так в холле же, – ответила девушка и махнула рукой, предлагая следовать за ней.

Женщины резво посеменили следом за Настей, периодически запутываясь ногами в своих бесформенных балахонах. Буквально через пару минут они, вертясь перед зеркалом восторженно ахали и вздыхали, оглядывая себя с ног до головы.

– Ай, хороша! – выдохнула Люба, совершенно забыв о похмелье.

– Прынцесса! Не не прынцесса – королевна! – выдала Фима, запуская пятерню в длинные волосы цвета воронова крыла.

– И то правда! Вона как омолодились. Делаем выводы: поход – залог здоровья, – гыгыкнула Люба, заплетая тугую косу своих светло-русых волос.

– А нам хозяин яблочки брать запрещает. – выдохнула Настя, завистливо оглядывая женщин.

– Так ты и так же молодая! – удивилась Люба.

– Я уже не молодая, а старая дева. Мне уже двадцать два года нынче минуло.