Расскажи мне о своей катастрофе

Я почувствовала, как во мне снова зародилась обида на брата с сестрой.

– Но вы меня лишь на два года старше, мне почти семь, я уже большая. Почему вы всегда отказываетесь со мной играть? – я говорила с надрывом в голосе, слезы подступали, мешали хорошо видеть, и ком в горле не давал нормально говорить. А ведь я столько раз тренировала речь на своем медведе.

– Потому что мы не хотим, чтобы ты играла с нами, мелкая! – Алиса уже не боялась, что ее услышит брат, и говорила громко. Она не любила, когда я начинала плакать.

Дверь тихо открылась, и в комнату заглянул Даня. Он немного нахмурился, глядя на меня, потом подошёл к сестре.

– Но они любят друг друга! И мне ваш папа нравится. Он хороший, так же, как и моя мама. Почему вы ненавидите нас? Что мы сделали плохого вам?

– Но и хорошего вы ничего не сделали! – тихо проговорил брат.

– Я не понимаю, – тихо прошептала я.

– Что тебе непонятно? Мы хотим видеть чаще папу, а он то на работе, то с твоей мамой, только перед сном и видим его, когда он приходит нас проведать… Приехали тут со своими проблемами, а нашему папе решай их. Если ты взрослая, то хватит уже играть в свои игрушки! – Даня смахнул моего медведя со столика, тот упал на пол. Я подняла игрушку и сильно прижала к своей груди. Я тяжело дышала, мне было больно и обидно. Медведь был моим единственным другом, хоть и являлся всего лишь игрушкой.

– Вы сами проблемные! Я не виновата, что моя мама любит вашего папу, а он ее! Только время может показать…правильно ли они сделали! Но я считаю, что это лучшее, что могло с ними случиться – встретить друг друга и полюбить. И играть я с вами не хочу! С вами даже в школе не играют, держатся вас стороной! Вы злые и угрюмые, вечно всем недовольные! – я толкнула брата в сторону выхода. – Я думала, что мы подружимся, хотя бы ради родителей. Теперь точно нет. Вы злые! И вы – эгоисты! Думаете только о себе.

– Ну и отлично! Вот и поговорили! Иди и пои своего медведя выдуманным чаем, мелкая, – Алиса быстро открыла дверь, посмотрела на меня, но, увидев, что я уже сижу на полу у кровати, обнимаю своего Мишуту и тихо плачу, промолчала.

– Дура, – еле слышно сказал Даня. – Все плачешь, как маленькая, а говоришь, что взрослая. Взрослым никогда не больно, они никогда не плачут.