Попутчица

Даже когда подъезжаем к ЗАГСу, даже когда на нас несется толпа репортеров и фотографов, улыбка не появляется. Она осталось во вчерашнем днем, в моей комнате, сегодня я ее с собой не взяла…

Наша церемония проходит довольно быстро, со всех сторон только и слышны сдавленные всхлипы, да видны вспышки фотоаппаратов. Я даже толком в речь не вслушивалась, мне вдруг захотелось взять и исчезнуть, словно меня и не было никогда, словно все это – бред или фантазия воспаленного мозга. Но когда ощущаю на губах легкий поцелуй, а на пальце кольцо – понимаю, это моя реальность.

– Да улыбнись ты, наконец! – первой не выдерживает мама, она же и говорит все это, когда обнимает меня и очень громко поздравляет, а потом сквозь зубы цедит, – как будто не счастлива!

А что я могу сказать? А я была счастлива, все это время или же нет? Или это счастье было наигранным, было фальшивым? Было чьим-то другим? Пойди сейчас, да разберись, что к чему!

– Что-то не так? – уточняет муж, уже муж… А я даже не знаю, стоит ли вообще открывать рот и что-то говорить.

Мы уселись в тот же автомобиль, но на этот раз вместе, правда с нами вновь была Вита, которая успела уже опрокинуть пару фужеров за здоровье молодых и сейчас очень уж сильно заигрывала с молодым водителем. Но не это меня задевало, а то, как тщательно за ней следит муж, как выискивает в толпе, чтобы посадить именно в нашу машину, как пристально и внимательно контролировал каждое движение свидетельницы. Такое ощущение, что за моей спиной произошел сговор или заговор, и я никак не могу понять, к чему это приведет.

– Все так, – спокойно отвечаю и отворачиваюсь к окну, наблюдая за тем, как желтые осенние листья пролетают мимо прохожих.

Сегодня на удивление теплый осенний день, даже дождя нет, хотя до этого он всю неделю лил, поэтому мы заказали фотосессию в студии, но до нее не доехали, машина остановилась в сквере, где мы с Виктором около десяти минут позировали нанятому фотографу, который ехал за нашей машиной все это время.

– Отлично! – вещала девушка, прыгая вокруг нас и говоря, куда нужно посмотреть и как встать.

Витя видел, что что-то со мной происходит, но списывал все на стресс, усталость и голод. О да, только глухой не слышал, как бурчит у меня живот.

– Ты не ела? – спросил он, когда мы подъехали к студии.