Попутчица

Неоднократно замечала, как мимо проезжают машины – кто-то замедляя своего железного коня, чтобы лучше разглядеть чудо дивное в моем лице, а кто-то и вовсе не замечал.

И поэтому, когда рядом остановилась машина, я даже не отреагировала, не дернулась, не закричала. Лишь подняла голову и посмотрела, как из салона под дождь, который неожиданным образом превратился в ливень, выскочил мужчина. Ни его лица, ни каких-либо особых примет я не могла разглядеть – казалось, мною пройдена точка невозврата, наступила апатия и полное безразличие.

– Эй! – меня потрясли за плечи. – Живая?

– Живее всех живых, – отозвалась, вытирая рукавом лицо и нос.

– А чего здесь сидишь, невеста? – он поднял меня на ноги и помог дойти до большого черного автомобиля.

– От жениха прячусь.

– Сбежала из-под венца? – засмеялся мужчина, заталкивая меня на заднее сидение, а следом ставя сумку.

– Знала бы, то сбежала… А так с самой свадьбы…

Молодой мужчина быстро сел в машину и прибавил на всю мощь обогрев. Зубы моментально стали выбивать барабанную дробь, все тело содрогалось так, что самой за себя стало страшно.

– А куда теперь? В город? – он кивнул в противоположную сторону.

– Нет, в город не вернусь… Куда-нибудь довезите, я заплачу…

Он лишь покачал головой, машина медленно тронулась. Позади осталась остановка, и город, в котором я родилась и выросла. Родители, которые так и не встали на мою сторону, друзья, которые ими никогда не были.

Я не сразу поняла, что водитель меня позвал.

– Тебя как зовут? – я подняла голову и посмотрела на выбритые виски моего помощника.

– Есения.

– А меня Влад, – отозвался он. – Знаешь, что, Есения. Я тоже бегу из города, предлагают сделать это вместе, раз неожиданно стало по пути.

Я даже в свое счастье не поверила, искоса посмотрела на Влада. Он же невозмутимо вел машину, продолжая говорить.

– Скажем так, твоя история за мою… Готова поделиться?

– Да делиться-то особо нечем, – усмехнулась, – грязь, да и только.

– Все равно послушаю, – он даже вздохнул. – А ты потом меня послушаешь, и нам однозначно хоть немного станет легче.

– Хорошо, – согласилась я, даже сильно не раздумывая.

– Вот и отлично, но для начала тебя нужно переодеть, а платье выбросить, иначе совсем замерзнешь.

Стянув с плеч курточку, бросила ее вниз под ноги, потому что от нее мало что осталось, лишь мокрая насквозь тряпка. Кроссовки сняла бережно, хоть и они основательно промокли.