Навстречу мечте

– Ты про них вчера вспомнил в двенадцатом часу ночи, когда я ушла спать.

Паша сверлит меня взглядом, бросает собранные в руки вещи обратно и широким шагом покидает кухню. Снова возвращаюсь к своему делу, давлю внутри себя раздражение, которое за последние дни съела большую часть моего терпения и сил. Но через некоторое время вновь поворачиваюсь на голос.

– А футболка белая?

– В шкафу на полке, – выключаю воду, уже прекрасно зная, что нужная вещь найдена так и не была.

– Тут нет! – раздается голос из спальни, а я вытираю руки и иду искать парадно-выходную футболку.

Минуточку.

– А ты куда? – смотрю на суетившегося супруга, который успел и про игру забыть, а сейчас носится по квартире, собирая одежду.

– К Саньку поеду, с ночевкой сегодня у него останусь.

– А почему я узнаю об этом только сейчас? – такие спонтанные поездки – стали слишком регулярными. У Санька своя семья, в которой мой супруг прописался взрослым дитем, которого жалеют, выслушивают и подкармливают.

– Я сейчас предупредил, – складывает на груди руки муж и недовольно добавляет: – Я хочу отдохнуть! У меня выходные!

– Тогда привези мне, пожалуйста, цветы, – подхожу к шкафу и закусываю губу.

– А цветы-то зачем? – действительно, зачем женщинам цветы? Особенно тем, кому их итак не дарят…

Я выуживаю нужную футболку и протягиваю Павлу.

– Потому что ты едешь отдыхать уже третий раз за эту неделю, тебе там весело, приятно.

Паша сверлит меня нечитаемым взглядом, а потом его лицо перекашивается от гнева.

– Это я должен откупиться, чтобы уехать к другу?

– Почему откупиться? – удивляюсь. – Ты просто подаришь мне цветы, сделаешь приятно.

Я смотрю на супруга, уже прекрасно понимая, что не видать мне цветов – опять.

– Я тебе ничего дарить не буду!

– Можешь тогда там хоть жить остаться, – произношу в его спину, потому что эти ссоры – они меня достали.

– Да и останусь! – резко разворачивает и припечатывает: – Можем вообще развестись!

Я смотрю долгие несколько минут и понимаю, что Паша не шутит, более того, он явно будет рад от нас избавиться, ведь к этому все и идет – так? Очень долго идет, целых одиннадцать месяцев с момента рождения Ярослава.