Навстречу мечте

Переезд начался у меня утром, только сын был покормлен, а посуда помыта, за мной приехали. Свекровь прошла мимо меня к внуку и стала ворковать с ним, пока свекор, хмуря брови, стал перетаскивать вещи в машину.

– А компьютер куда? – воскликнула свекровь.

– С собой! – строго посмотрела на нее. – Я его купила на свою зарплату, и если мы сейчас начнем делить имущество, то подниму всю историю личных трат!

Она поджала губы и резко отвернулась. Ну и молчи сиди, еще неизвестно, кого сюда Паша приведет.

Другая молчать не будет, на место вас быстро поставит.

Переезд занял меньше двух часов, и совсем скоро я осталась одна в дачном доме, среди огромных особняков и больших земельных участков.

Коляска медленно въехала во двор, который зацвел по весне. Люблю это время года, когда природа просыпается от зимней спячки, когда словно тянется к солнышку. На деревьях распускаются листья, появляется зеленая трава. Красота. Я вот тоже чувствую, что начинаю, как и цветы, распускаться заново.

Свекор перетащил вещи в дом и, кивнув на прощание, быстро уехал. Свекровь нас даже не проводила, осталась дожидаться сына, забрав у меня ключи, и обещала звонить и навещать своего любимого Ярославушку.

Из коляски на меня смотрел голубоглазый красавец, которая улыбался уже зубастым ртом, и по выражению лица было понятно, что обожает меня больше всех на свете. Эти чувства были взаимны! Вот кого можно любить больше себя, так это своего ребенка, который достается нам, женщинам, далеко не по щелчку пальцев.

Нужно приложить немало усилий, вытерпеть боль, чтобы потом не спать ночами, качая на руках и переживать вместе с малышом его первые трудности в этом мире.

За спиной послышался звук колес по асфальту, и я обернулась, боясь увидеть мужа. Но нет, это сосед приехал на своем огромном черном внедорожнике и теперь, скрываясь за тонированные стеклами, ждал, когда откроются автоматические ворота. Вообще, почти все живущие здесь люди прятались за высоченными заборами, в своих мини-замках, словно вот-вот наступит крестовый поход и им придется обороняться.

Одна я, да бабушка в конце улицы имели неприметный кованый забор чуть ниже человеческого роста и жили как на ладони у всех остальных. Я вот за кронами деревьев могла скрыться, которых в небольшом саду было немного, но хоть что-то.

Отвернувшись, я подхватила сына на руки и понесла к двери.