Горничная

Да, жаль его, переволновался, наверное, сильно.

– Но вы не волнуйтесь, Борис Вячеславович, – бодро сообщил помощник, – счет госпоже Морозовой выставлен!

– Молодец! Хвалю и благодарю всех участвующих в этом нелегком деле! – пока разговаривал с Севой, добрался-таки до ресторана. – Так, дорогой друг, – обратился к заместителю, – звони мне с десяти до двенадцати, потом я буду отдыхать!

– Хорошо, как скажете! Хорошего отдыха!

– И вам не хворать, – ответил уже тогда, когда вызов был отключен, а я толкнул массивную дверь, которая скрывала за собой огромный зал, отделанный деревом.

Сначала показалось, что попал в средневековье, уж очень необычным был интерьер: массивные столы и не менее огромные по размерам стулья, впечатляющих размеров люстры, напоминающие подсвечники, висели над головами посетителей. Зал, кстати, был двухэтажным, и, чтобы подняться наверх, нужно было воспользоваться громоздкой лестницей, тоже деревянной. В общем-то, приобщался я к экзотическому и необычному интерьеру долго, так же долго выбирал себе место для обеда, мечась по залу, пока не заприметил столик на одного человека.

– Можно занять тот столик? – спросил официанта, который ожидал, когда ненормальный гость, наконец усядется.

– Можно, – если уж парень и удивился, то вида не подал.

Пройдя к своему месту, отметил тот факт, что фактически оказался скрытым ото всех, а значит, смогу благополучно поесть, наблюдая за посетителями.

Что ж, долго ждать ни обещанного обеда, ни новых посетителей не пришлось. Спустя несколько минут мне принесли три довольно объемных тарелки, в первой из которых была солянка, во второй салат с креветками, ну а в третьей ароматный и сочный шашлык. Из напитков мне был предложен чай, от которого не отказался, хотя многие предпочитали что покрепче.

Я успел съесть первое блюдо, когда в зал зашла довольно большая семья, состоящая из здоровенного мужика, в котором было больше сала, чем мяса, выглядел он довольно безобразно, а вот его спутница – миниатюрная девушка, очень выделялась на фоне этого хряка. Пара разместилась за центральным столиком, и, бог ты мой, первое, что сделала девушка – стала фотографироваться. Я даже отвернулся в свой угол, понимая, что мне подобных вещей никогда не понять.