Крайности Грузии. В поисках сокровищ Страны волков

К тому времени у семьи Орбелиани уже отняли все – дома, замки, виноградники.

А теперь еще этот «большевик с ружьем», решивший стать их соседом.

Половина дома, оставшаяся их семье, выходит окнами на улицу Абашидзе, названную в честь известного литературного критика и дедушки Кетино. Окна с другой стороны – смотрят на улицу Джавахишвили, названную в честь знаменитого историка, профиль которого изображен на банкноте номиналом 5 лари. В том крыле живут родственники этого самого Джавахишвили, а в пристройках во дворе – потомки НКВДиста, обосновавшегося там не благодаря гостеприимству хозяев, а вопреки их воле.

После долгих объяснений я, наконец, начинаю понимать, кто кому родственник в этом дворе.

Следующим утром, перед завтраком, хозяйка сказала: «Я не знаю, как в Украине, а у нас принято, чтобы все вместе садились за стол – и гости, и хозяева, и князья, и прислуга… У вас ведь тоже так?»

Я сцепил зубы и часто-часто закивал. Мне почему-то стало очень грустно.

Я вспомнил о собственных родственниках, расстрелянных большевиками, и рассказал Кетино («ай, мурашки по рукам» – задрожала хозяйка) историю тетки Татьяны, вернувшейся домой после двадцати лет лагерей.

Поселившись в загородном доме, эта женщина, от страха перед новыми незнакомыми гостями, окружила себя шестью громадными немецкими овчарками, старшего из которых звали Урсом.

Я вспомнил ее дом, в котором часто гостил летом. Он, как и дом Кетино, был полон фотографий и портретов. Но, в отличие от содержащегося в относительном (а как для Грузии – в абсолютном) порядке особняка Кетино, тот дом был захламлен и запылен до невозможности.

Жутковатый, вообще-то, был дом. А у тетки – сорванный, клокочущий, как у ворона, голос, и понять то, что она говорила, мог только ее верный Урс… Голос она потеряла в тот день, когда получила сообщение о своем освобождении в связи с хрущевской амнистией.

Поговорив о родственниках, мы переходим к чаю.

Кетино владеет фамильным рецептом конфет, которыми угощала гостей своего литературного салона княгиня Орбелиани.

Сладости приготовлены из грецких орехов, тщательнейшим образом очищенных и перемолотых.

Хозяйка ни за что не раскроет свой секрет, но там угадывается легкий привкус лимонной цедры и толика корицы. Густую смесь, скатанную в шарики, Кетино погружает в горячую карамель; дает ей остыть, а затем укладывает на крошечные карамельные медальоны с фамильным вензелем «ОБ».