Проводник

Когда я открыла дверь в квартиру, Хизер уже не спала. Она бросилась ко мне с объятиями, словно мы не виделись немыслимо долго.

– С днем рождения, солнышко.

Я потрепала ее за щеку, как маленькую, отчего она скорчила забавную обиженную физиономию, но тут же снова меня обняла и мгновение, когда тонкие ручки обвили мою шею, показалось мне самым важным и трепетным из всех, что я испытывала последнее время.

Единственная причина не любить праздники – это то, что пока ты приготовишь квартиру к встрече гостей, у тебя уже ни на что нет ни сил, ни желания.

Она тоже устала, но радостное предвкушение перевесило. Наши соседи пришли последними, словно специально ждали, пока все соберутся. Джастин, с наигранным дружелюбием, улыбнулся мне, поздравил Хизер и прошел в гостиную, тряся над головой небольшой коробкой, упакованной в красивую разноцветную обертку.

– Где тут у вас гора во имя именинницы?

Сестренка задорно рассмеялась, показав на кофейный столик, на котором ее друзья сложили коробочки с подарками и открытки.

Я зря волновалась из-за присутствия Джастина. Он много шутил и постоянно придумывал игры и развлечения для детей. Глядя на то, как светится от счастья Хизер, я почувствовала, как постепенно перестаю ненавидеть этого зазнайку. Не то чтобы он перестал меня бесить… Но желание поблагодарить его за этот день определенно перевешивает.

– Леди и джентльмены, – заявил вдруг он в воображаемый микрофон.

Дети естественно хором подхватили настроение. Все собрались вокруг кофейного столика с Хизер в центре внимания, которая одну за другой рвала цветные обертки и благодарила объятиями каждого из своих друзей. Коробку, которую принесли Джастин и Майк, она оставила напоследок.

Когда , открыв ее, сестра подняла на меня глаза полные растерянности и изумления, я сначала даже заволновалась.

– Это что, правда мне?

– Шутишь? Нет конечно, мы просто тебя разыграли. Отдавай обратно.

Хизер растерянно нахмурила брови.

– Конечно это тебе. С днем рождения, – сказал Джастин, потрепав розовую макушку. Она бросилась на него с объятиями и слезами радости в глазах, чем, кажется, даже немного смутила нашего остряка. После, так же крепко, обняла Майка, прыгая от счастья, как будто ей подарили единорога.