Сдаюсь на вашу милость

Они были на удивление однообразны: коричнево-оранжево-желтые пески, редкие чахлые растения и дорога, вьющаяся темной лентой.

Скоро впереди показались красные стены города.

Во мне шевельнулось совсем другое любопытство. Наверное, интересно было бы побродить по улицам, зайти на рынок… урвать кусочек жизни простой жительницы Мешша. Особенно манили книги и сладости. Хотя бы просто посмотреть. Но я никуда не пошла бы, даже если бы не торопилась вернуться к Старшей Сестре.

Меня привезли прямо к таверне.

Пришлось вновь взять обжигающий сверток в руки.

Надеюсь, у сестры Ришан есть какое-нибудь лекарство от ожогов.

Напустив на себя уверенный вид, я вошла в таверну.

– О! Госпожа желает чай? Сладости? Фрукты? – со всех ног бросился ко мне мужчина с жиденькой рыжеватой бороденкой, судя по всему, управляющий.

С непривычки я запнулась и чуть не упала.

Потом вспомнила, как выгляжу. Спокойно, Эйза. Этот человек просто воспринимает тебя, как других подобных. Не разочаровывай его, не отходи от заданной роли.

– Чай и миндальное пирожное. – Я постаралась, чтобы улыбка выглядела снисходительной. – У меня назначена встреча.

– Да-да, сейчас все будет!

Меня усадили на один из низких диванчиков. Скоро на маленьком столе рядом появилась тарелка с пирожными и еще какими-то сладостями, которых я не заказывала, и большой стакан в специальном серебряном подстаканнике, чтобы не обжечься. Наконец его наполнили едва теплым мятным чаем.

Служителя других вечных сил пришлось подождать.

Братья Эрграма ненавидели нас за интриги, но в основном за то, что мы являлись свободными женщинами, держали в услужении мужчин и не стеснялись заводить себе богатых покровителей. Поэтому при любом удобном случае нам указывали наше место.

Прошло уже полчаса.

Вопиющее неуважение, учитывая, что придет забрать послание кто-нибудь не слишком важный, вроде меня. А туда же, выделывается.

– Прекраснейшая, – вкрадчивый голос заставил повернуться, – вы позволите украсть у вас немного драгоценного времени?

Гладко выбритый тип в дорогом, но бордовом костюме.

Скорее всего, слуга кого-то высокопоставленного. Господа предпочитают белый цвет и носят бороду, пусть небольшую.

– Боюсь, нет, – отозвалась я равнодушно.

– Боюсь, я настаиваю, – сладким, но не терпящим возражений голосом пропел непрошеный собеседник.

Всемилостивая Айте! А этому что надо? На того, с кем у меня назначена встреча, он точно не похож.