Серебро и пламя. Книга 2

А в следующий момент притянул меня к себе и жарко выдохнул в макушку.

Радует, что он сохранил умение отпускать ситуацию.

Этого искристого чувства, впрочем, хватило ненадолго. Мы сидели на ковре рядом с кроватью… слишком рядом. Я ощущала твердость мышц и настойчивость объятий своего ледяного, а его руки даже сквозь одежду пробуждали под кожей колкие искорки. И кто знает, как далеко это могло бы зайти. Но я не готова… Совсем.

Не сейчас.

Я завозилась, пытаясь освободиться и отодвинуться.

Однако, как выяснилось, кронсом владели совсем другие желания, которыми он как раз решил поделиться:

– Женщина, у тебя есть еда?

Остаться вдвоем нам стоило хотя бы для того, чтобы я поняла: даже ледяного мужчину надо иногда кормить.

Два дня в Грее прошли волшебно. Эрихард сбросил невидимую корону, на время забыл о магии, титулах и прилагающихся ко всему этому обязанностях и притворился простым тенерцем, который проводит время со своей невестой.

Консьержа перекосило, когда утром мы вышли из лифта, держась за руки и громко выясняя, куда пойдем в первую очередь. И это он не в курсе, что за секунду до того, как открылись двери, мы там самозабвенно целовались.

Потом бродили по городу, ходили в кино, ели простую, явно недостойную кронса еду и говорили обо всем на свете. Я никогда не чувствовала себя счастливее. И в то же время не могла избавиться от легкого осадка горечи.

– Смею надеяться, ты задумалась обо мне? – вторгся в мысли вкрадчивый голос.

Я моргнула.

Обнаружила, что он уже некоторое время держит возле моих губ креветку в вязком соусе.

– Хочу похитить тебя и спрятать где-нибудь в Грее, – призналась и… Небо, это точно я говорю?!

Замаскировать неловкость поеданием креветки не очень-то получилось.

Но Эрихарду мое высказывание вроде бы понравилось.

– Милая, ты понимаешь, что сейчас угрожаешь действующему кронсу Тенерры? – предельно тихо, но так, что у меня мурашки под одеждой побежали, уточнил он.

– Инкогнито, – напомнила я. – Это меняет дело.

– Но не освобождает тебя от наказания, – дотошно поправил жених. – Ллана Дарне, ты приговариваешься к долгой семейной жизни со мной. И я обещаю очень стараться, чтобы она была счастливой.