Аномальный континент

– Ну прощай… – хотел еще что-то добавить, но не стал. Выбрался из кабины.

Я сел прямо, заметил в боковое зеркальце, как Владас забирается в кузов. Включив зажигание, перекинул рычаг скоростей на третью, газанул несколько раз, раскручивая движок, и покатил вниз по склону, навстречу светящемуся огнями Нью-Пангу.

Глава 5

Исходный код

Грузовик пророкотал по темному проулку и выкатился на перекресток. Там и тут улицы были перекопаны, вдоль домов, приземистых каменных кладок и заборов из песчаника тянулись траншеи, всюду рядом с ними лежали трубы.

Складывалось впечатление, что в городе с размахом начали какое-то строительство, точнее сказать, приступили к созданию водопровода. Может, так и есть на самом деле, чего гадать? Пришлось снова свернуть, объезжая очередной раскоп. Пропетляв еще минут десять, ориентируясь на свет маяка, я наконец выбрался на главную улицу города, глянул через плечо в заднее окошко. Вонг с Владасом сидели на лавке у правого борта.

Грузовик прогудел вдоль домов – фонари на Бродвее горели тем же необычным белым светом, что и маяк. Видимо, это газ светится в лампах или особая жидкость, а может, раствор, то есть смесь соков каких-нибудь деревьев, приготовленная местными кулибиными. В голове шевельнулись смутные воспоминания насчет джунглей, далеко простиравшихся от восточных границ Нью-Панга до пустыни, всплыла пара экзотических названий растений, но Справка промолчала.

Вымощенная камнем главная улица города была широкой, как меня и предупреждал Жора, и полого шла вверх от моря. Тут могли свободно разъехаться три грузовика, и место для прохожих еще оставалось. И тут не было траншей.

Я порулил в конец квартала к двухэтажному дому, где над подъездом ярко-красным светилась вывеска и горели окна.

Проехал мимо гостиницы, остановился у следующего дома, подумал и сдал немного назад, резко выкрутил руль, встав в проулке под стеной «Жемчужины».

На пьяных постояльцев мне было плевать, моей целью было попасть в гостиницу. Подойдя к дверям, помедлил, глядя на вывеску – буквы ярко светились в темноте, появилась резь в глазах, я моргнул.