Как пробудить магию за 30 дней, или Принцесса не желает замуж…

– Будущий граф Рампус фа Лакрус, – произнес Рикша, немного скривившись.

И я его за это не винила. Будущий граф был настолько слащавым, что у местных девиц вот-вот должен развиться сахарный диабет. И улыбочка эта его. Просто бррр…не люблю таких парней. Обычно они считают себя центром вселенной, и требуют к себе царского отношения. То же мне. Видали мы таких и знаем, как с ними расправляться.

– Притворись влюбленной дурочкой, – просопел дракон.

– Не буду я прикидываться дурочкой, – сразу возмутилась я, – тем более влюбленной.

Наниэль и правда была влюблена в этого сахарного красавчика? Да, девочка, с мозгами ты точно не дружила. Либо же была настолько наивна, что совершенно ничего не видела перед собой. Да, работать и работать, как поговаривала мой профессор по литературоведению.

– Надеюсь, он не входит в «счастливых пятнадцать»? – почти жалобно спросила я.

– Нет, – обрадовал меня дракон, – у него уже давно есть невеста. Через три месяца свадьба. К нему можешь обращаться по имени, кстати.

Вот, уж спасибо. Еще бы вспомнить, как его там. Имена, конечно же. Мрак просто. А тем временем граф фа МистерБожество был уже близко. Любезничать с ним я не собиралась. Но все равно выдала милую улыбку. Пусть видит, что не только он тут умеет обольщать.

– Наниэль, – премерзким сладеньким голоском протянул этот будущий граф, – как рад, что с тобой все в порядке.

– Для вас я принцесса Наниэль, – выдала я слащавую улыбку, даже глазками похлопала для пущего эффекта.

А вот, парнишка ни разу не умеет скрывать свои эмоции. Недоумение так и застыло на его красивом личике. Еще одного мужика сломала. Ну, в самом деле, что они все такие впечатлительные-то здесь? Где мужская выдержка? Ну, подумаешь-ка барышня сделала замечание, при этом весьма правильное. Мы ведь не на школьной прогулке. Важное мероприятие, между прочим.

– Вижу пережитое сильно отразилось на тебе, дорогая, – снова его елейный голосок.

Быстро же ты отошел от шока. Да, и кажется, с первого раза кто-то намеков не понимает.

– Ох, это было ужасно, – снова захлопала я глазками (надеюсь, не переигрываю), – до сих пор не могу смотреть на мое любимое овсяное печение.

Рикша, сидевший на моем плече, тут же чихнул. Я едва сдержалась, чтобы не засмеяться в слух, потому что при подготовке к балу я совершенно бессовестно уничтожала эти самые печенюхи. Вкусная вещь, должна я вам сказать. С местной вариацией изюма и корицы.