Русалки

– В общем, это не столь важно, – продолжила Соня. – Наши предки принадлежали к одной из ветвей той известной фамилии. Во время революции мои прабабушка и прадедушка эмигрировали в Финляндию, но в пятидесятых годах вернулись. В нашей семье всегда высоко ценилась история рода. В московском доме даже сохранилось фамильное древо, в котором обозначены около двадцати поколений фамилии Армфельт.

Соня мяла золотистую оборку на платье.

– В юности я очень интересовалась историей нашей семьи, её корнями. Дело в том, что когда-то усадьба в Ильмее… – она замолчала и подняла на меня влажные глаза.

 – Прости, ты, наверное, не знаешь, что такое Ильмее?

– Нет-нет! Как ни удивительно, но всё к теме. Сегодня утром Дима рассказал мне, что Ильмее – своего рода сиамский близнец Ринтала, да? Только более древний.

Очередной раскат грома сотряс дом. Кто-то наверху включил ливень на полную мощь, и вот за окном уже не было видно ни туч, ни земли, ни домов, ни деревьев – ничего. Свет снова замигал, лампочки напряглись, засияли ярче и погасли.

Мы с Соней словно очутились посреди Мирового океана под укрытием Ноева ковчега в ожидании конца потопа.

Соня поёжилась. В доме стало прохладнее.

– И надолго это? – кивнул я на люстру.

– Не знаю, – пожала плечами она. – Извини, схожу за пледом.

Она встала и вышла, но вскоре показалась в дверном проёме укутанной в ярко-оранжевый шерстяной плед. Отсела от окна и с кротостью посмотрела на меня, словно извинялась за свой рассказ.

– Да ты ходячая энциклопедия! И кто из нас историк?

– Нет-нет! – смутилась рассказчица.

 – Я же сказала тебе, что в своё время интересовалась историей рода.

– Да, но ты не дорассказала.

– Ты прав.

Я расправил плечи, затаил дыхание и приготовился слушать.

– В начале девятнадцатого века имение, которое находилось на месте нашего дома, приобрел известный финский дворянин и государственный деятель – Магнус Рейнольд Армфельт. У них с женой было трое детей – два сына и дочь. Так вот, один из сыновей – Александр – женился на некоей Софии, от которой у него родились близнецы – Анна и Морис.

Девочка умерла молодой, как и её мать. А Александр женился на другой женщине. Про остальных предков я мало знаю, – глаза Софьи блеснули.

– О бабушке и дедушке со стороны мамы – чуть больше. Дедушку звали Григорием Александровичем Армфельтом. Он связал свою жизнь с моей бабушкой – Матрёной Петровной Гренц вскоре после Второй Мировой. Они очень любили друг друга.