Школа семи чертогов

– Что ж, Лада из чертога Вепря, подходи поближе, – и волхв жестом указал девушке на несколько пеньков, стоявших в ряд.

– Итак, друзья, перед каждым из вас кусочки четырех стихий. Это то, с чем имеют дело маги из чертога Рода: земля, огонь, вода и воздух. Ваша задача: сделать хоть что-то хоть с чем-то.

– Что именно сделать? – переспросил кто-то, и Лада с радостью узнала голос Бажены. И точно, вон она – через одного ученика, по левую руку.

– Заставить хоть одну из стихий работать на вас: устройте маленькую водяную бурю или усмирите огонь.

Можете приступать.

Ученики переглянулись: не очень-то понятное указание…Лада прошлась вокруг пенька: на достаточно широком срезе лежала горстка земли, в глиняной чашке блестела вода, рядом в такой же чашке плясал небольшой огонек, и завершал картину скромный кустик. Наверное, на нем нужно было показать умение владеть воздухом и ветром. Лада обошла пенек ещё раз, но так ничего и не придумала. И не почувствовала. Огонь кусался, вода была мокрой, а куст с землёй были просто кустом с землёй…Впервые девушке стало интересно, что делают другие.

Она украдкой огляделась: Бажена с сосредоточенным лицом проращивала из горстки земли семечко. Какая-то девушка со скучающим видом легко закрутила водоворот в чашке, а затем вдруг взяла, да и выкинула фокус: взвила огонь высоко-высоко, а затем резко погасила – словно прихлопнула.

А вот юноша рядом так сильно махал руками в надежде совладать с ветром, что кустик рядом с ним действительно заколыхался.

Только вот к магии это отношения не имело.

Лада хмыкнула и вновь глянула на свой пень. Единственное, что она могла сделать, это…

– О, червяки! – улыбнулся подоспевший Златослав. – Неплохо, Лада, неплохо, хоть и в пределах своего чертога…Что ж, можешь идти дальше.

Лада вздохнула и уныло пошла дальше. В пределах чертога…А как же иначе? "Не грустить! Ещё четыре испытания, а если не считать родного чертога, то всего три. Плевое дело". А уж когда ее нагнала Бажена, девушка и вовсе повеселела: вдвоем было легче.

Но едва переступив границу следующего участка, она тут же захотела развернуться и уйти: их встречал такой неприятный, отталкивающий тип, будто именно с него писали образы всех злодеев из старых детских сказок: худой, скрюченный, с длинным крючковатым носом и черными как смоль волосами. Голубые водянистые глазки с насмешкой смотрели на учеников. Как от Сияны исходило спокойствие, а от Златослава – сила, так этот волхв излучал отвращение.