Ферма механических тел

Это был обыкновенный несчастный случай. Но Барти, сторонник теории правительственных заговоров, в придуманную мной ерунду охотно поверил.

На самом же деле я отказываюсь покидать Анталаморию из-за своих способностей, чтоб их отцентрифужило. Империя при всех своих тайных агентах и браках экстрасенсов по расчету остается лучшим местом для медиума-эмпата. Из-за длительного периода уничтожения всего потустороннего Анталамория, в отличие от других стран, почти избавилась от духов, заселявших ее. Как это не прискорбно, но только здесь я могу избегать одержимости.

Хм, а нет ли каких-нибудь сигил для блокировки экстрасенсорных способностей? Надо было поинтересоваться у святоши.

Глава 3. Призрак без определенного места жительства

Шестеренка с приятным щелчком встала на место. Я обновила завод в отремонтированных часах и довольно понаблюдала за мерным ходом маленького позолоченного маятника. Эту роскошь я откопала на помойке на окраине Тагарты в весьма плачевном состоянии. Рядом с телом девочки лет одиннадцати в разорванном платье.

Закономерное явление после очередного бунта, прокатившегося неделю назад по столице среди пролетариата.

Сняв гогглы с увеличительными линзами, потерла кулаками глаза. Те отозвались зудом и пеклом. Хотела бы я, чтобы это было симптомами обычной усталости, но терплю я их уже два дня и вынуждена поставить диагноз. Конъюнктивит, чтоб его отцентрифужило. Не самое страшное, что можно подцепить в трущобных нищенских притонах, но приятнее он от этого не становится.

Надо добыть антибиотики, пока не началось загноение.

Я с кряхтением поднялась, запрещая себе обращать внимание на нещадно чешущийся живот, который ночью искусали клопы. Последствия игры в кошки-мышки с Бюро общественной безопасности.

Ненавижу игры. Ненавижу прятки, салки, карты и даже благородные шахматы. Возможно, я любила играть, когда были живы родители. Не помню. Зато прекрасно помню, как проигрывала все свои немногочисленные сбережения заводским пацанам в третями, буру, рамс и терс, чтобы только научиться обыгрывать Башню Бенни и не раздеваться перед ним.

Помню, как на ненавистных уроках ненавистного святого отца Клавдия лучше всех учила теорию вероятностей и математическую статистику, чтобы при кручении бутылочки не выпадал Башня Бенни. Помню, как перебарывала панику перед темнотой и привидениями, прячась в подвале приюта, потому что туда Башня Бенни не рисковал соваться.

Ненавижу игры. Но жизнь научила в них играть и выигрывать.