Вечность

Бояться нечего. Здесь никого не было. Хотя…

Две тени неслышно оторвались от стены заброшенного гаража. Элис уловила это боковым зрением, но, вместо того, чтобы сделать хоть что-то, испуганно замерла. Здравый смысл отказывал, уступая парализующему страху. И предчувствию, нет, даже уверенности – нападут.

Элис сглотнула, почувствовав, как эти двое окружили её. В голове разом замельтешило сотни мыслей.

Один из них, тот, кто стоял спереди, жутковато улыбнулся, подмигнув. Как оскалился. И не было сомнений, что это значило.

Элис знала, что они собирались делать. Но всё равно никак не могла собраться с мыслями. Она едва не задыхалась от подступающей паники. И единственное, что делала: беззвучно шевелила губами и качала головой.

– Ммм, какая малышка, – плотоядно оглядев её, чуть ли не облизнулся мерзкий тип. – Можно не только разжиться, но и развлечься.

Элис не успела отреагировать, как почувствовала, как чьи-то руки нащупывали её тело, словно искали что-то.

– Есть деньги? – спросил он, продолжая её лапать.

Подобрался к сумочке… Элис не выпускала её. Помнила слова первого типа перед ней. Он собирался не только разжиться, но и развлечься.

Конечно, глупо тянуть время, но ничего лучше она не придумала. Ей не хватало духу даже сопротивляться. Всю жизнь везло – а тут такое.

– Да что ты её спрашиваешь, – ухмыльнулся любитель скалиться. – Видишь, ты её напугал.

Элис передёрнуло от этой лживой заботы, высказанной откровенно смакующим тоном.

Их взгляды встретились, и его озлобился. Видимо, подонок уловил омерзение в её глазах.

– Давай сумочку, – грубо потянулся к ней он, почти отбирая.

Хватка этого типа была такой жёсткой, что Элис пришлось отпустить сумку. Мурашки гоняли по телу, нервы накалились до предела, но она так ничего и не делала. Продолжала стоять в оцепенении.

Пока не почувствовала, что её и без сумки продолжали лапать.

– А она ничего, – хмыкнул один, обращаясь к другому.

И её прорвало.

Элис отчаянно затрепыхалась, вцепилась ногтями, пиналась ногами. И кричала.

– Отпустите меня!

Она чуть не упала, неожиданно ощутив свободу. Всё-таки отпустили. Видимо, больно дралась.