Замуж (не) хочу!

– Какой красивый женщина! Какой шикарный форма! Ты не обманул, Андрей. У тебя отличный вкус, – расплывается в пошловатой улыбке египтянин, в наглую разглядывая меня с ног до головы.

«И при чём тут вкус? Меня на работу, между прочим, не за красивые глазки взяли», – проносится у меня в голове. Эти египтяне ещё больше удивятся, когда я сделаю им шикарный проект.

Сансаров как-то нервно улыбается.

– Проходи к столу, Милая, – вдруг называет он меня по фамилии, подталкивая ладонью в спину. Но мы же договаривались без официальностей.

Чего это он?

Я начинаю волноваться, замечая, что Андрей Витальевич нервничает. Может, Олеська была права? Начальник явно ведёт себя странно. Ещё и улыбается как дурачок, глядя на меня.

В какой-то момент мне захотелось уйти с мероприятия, но мысль о долге заставила поджать губы. Вроде, всё нормально – в толпе я вижу знакомые лица сотрудников фирмы. Но на всякий случай я решаю не пить сегодня алкоголь.

Сансаров продолжает вести себя подозрительно и везде водит меня за собой.

Когда он общается с партнерами, мне интересно, но зачем мне присутствовать при их личных разговорах? Начальник представляет меня всем и постоянно называет по фамилии. Меня это безумно раздражает. Будто Сансаров закладывает еще какой-то смысл в мою фамилию. Ведь каждый раз он почему-то на ней спотыкается.

– Милая, пройди к столу, – произносит начальник добродушно, будто обращается к жене. Правда же! Даже его собеседники заулыбались. Я не выдерживаю и решаю проучить Сансарова.

– Хорошо, дорогой, – состроив милую мордашку, произношу я и удаляюсь в сторону столика, с удовольствием прокручивая в голове образ того, как искривилось лицо начальника.

Пока мужчины за столом обсуждают рабочие вопросы, мне понадобилось срочно найти туалет. И только я скрываюсь за дверью дамской комнаты, как слышу звонок телефона. Посмотрев на экран, я вижу тридцать четыре пропущенных звонка от Олеськи. Тут же перезваниваю ей, а у самой сердце бьётся в груди так, что вот-вот выпрыгнет.

– Что случилось? – кричу я в трубку, как только слышу голос Леськи. – Что-то с Никитой? Пожар? Затопили соседей?

– Нет, – отвечает подруга, не скрывая дрожи в голосе. – Лёль, ты только не переживай, ладно?

– Что случилось? Говори! – требовательно повторяю я вопрос.

– Ты читала, что подписывала у Сансарова в тот день, когда увольнялась? – осторожно уточняет она.

– Как что? Заявление на увольнение, – не понимаю я, к чему подруга клонит.