Старый дом

– Какая забота, – с легким сарказмом произнесла она, выпрямившись во весь рост. Он наблюдал за ней, готовый в любой момент подхватить на руки, но она уверенно дошла до ванной комнаты и лишь на пороге обернулась.

– Какой-то горький привкус во рту, – сказала она, поморщившись.

– Пройдет, – успокоил ее Гордон. – Это от божественного корня.

Окинув его странным взглядом, она скрылась за дверью.

– Вообще-то я имел в виду корень женьшеня, – произнес он и направился к барной стойке.

***

Положившись на собственный вкус, Гордон выдавил в стакан лимон, туда же добавил мякоть грейпфрута, капнул рому, перемешал, залил газировкой, добавил кубики льда – лимонад для прекрасной женщины был готов.

Жадно допив минералку, он вдруг поймал себя на мысли, что не желает с ней расставаться: не с минералкой, а с Хельгой. По крайней мере, ни сейчас, когда свежи воспоминания, наполненные чувственным ароматом их страсти.

– Н-да, знатно пропотели, не мешало бы проветрить, – пробормотал Гордон и подошел к окну.

Вдоль побережья зажглись яркие фонари, осветив вынырнувшую из сумерек белоснежную яхту и моторные лодки на причале. Только катера не было: Бортесы уехали еще днем. Он сдвинул створку в сторону, впустив в комнату упоительную вечернюю свежесть. Позади тихо скрипнула входная дверь, и легкий сквозняк прогулялся по босым ногам доктора.

Кронбик обернулся. В дверном проеме, в луче света, падающего из комнаты в темный коридор, жмурился Босфор.

– И вам – добрый вечер, уважаемый Бося, – добродушно хмыкнул Гордон, приблизившись к коту.

 – А постучаться опять забыл? Видимо придется заменить ручку на дверях. Как считаешь? – Он погладил кота по спине, собрав в ладонь линялую шерсть. Скатав ее в комок, сунул в карман.

– Я – всё! – раздался веселый голос Хельги. В наброшенном на плечи белом махровом халате, она стояла на пороге ванной комнаты и сжимала в руке фен. – Только волосы уложу…

– О, нет! – воскликнул Гордон, но опоздал: ее хрупкий пальчик уже нажал на маленькую кнопку «вкл».

 – Бедный Босфор…

Оглушенный внезапным гулом, кот, припав на все четыре лапы, прижал к голове уши и испуганно зашипел. Медленно попятился в коридор, стремительно развернулся, едва не врезавшись пушистым боком в балясину, и с протяжным «мау-у-у» ринулся вниз по лестнице.

– Страшнее фена – зверя нет, – проговорил Гордон, проводив кота сочувственным взглядом.

– Я не хотела… – Хельга растерянно развела руками, ненароком направив струю горячего воздуха ему в лицо.