Старый дом

Мать Карлоса, Матильда Канторе, работала в клинике сиделкой, поэтому упросила доктора пристроить сюда и своего непутевого сына. В принципе Карлито был неплохим парнем, но горячая южная кровь порой била ему в голову, ослепляя разум. И если мелкие шалости вроде разбитых витрин и поцарапанных машин еще удавалось сгладить, то последний «зов крови» мог закончиться для Карлоса очень печально: задавленный им на ночной трассе громадный лось оказался хозяином стрип-клуба «Ночные стражи» колумбийцем Мигелем, блуждающим в свете неверных фонарей в смысле поиска жизни, а конкретно – по нужде.

Одурманенные алкоголем оппоненты столкнулись на разделительной полосе. Фетровая шляпа пешего Мигеля осталась лежать на лобовом стекле «Хонды», зацепившись за щетку стеклоочистителя, а сам хозяин ночной жизни, отброшенный помятым капотом на обочину, громко храпел, широко раскинув ноги в черных лосинах.

Свидетелем пьяного столкновения стала проезжавшая мимо на велосипеде блюститель правопорядка младший сержант Корниш. Она-то и вызвала дежурный наряд полиции. И лишь благодаря комиссару Макговерну, вернее его супруге Диндре, Карлосу удалось избежать тюремного заключения и отделаться изрядным штрафом в городскую казну.

Хельга невольно улыбнулась, припомнив ту историю. Но охранник понял ее улыбку по-своему. Достав из кармана конфету, он с нагловатой ухмылкой, явно подсмотренной в гангстерских фильмах, хрипло спросил:

– Хочешь пососать мой леденец, крошка?

Стараясь не расхохотаться в лицо глупому парню, Хельга покачала головой и поспешила в теплицу.

***

Небольшая оранжерея располагалась в куполообразной пристройке к южному крылу. Попасть в нее можно было как через парадный вход, так и со стороны парка.

Стараясь не стучать каблуками по плитке, она направилась вглубь оранжереи, где, по словам Матильды, доктор Кронбик любил отдохнуть за чашкой жасминового чая.

Поглядывая по сторонам, Хельга пробиралась сквозь заросли папоротника и разросшейся юкки, поражаясь трудолюбию садовника Акима, за несколько месяцев сотворившему настоящее чудо – маленький филиал рая на земле.